Друзья познаются в огне [litres] полностью

— Мне плевать, что вертолёт не готов к полёту, главное, чтобы он был готов к вылету!!! — брызгая слюной, кричал в трубку полевого телефона командир вертолётного отряда подполковник Чернов: — Ты меня понял, Каленин? Вылет через пятнадцать минут и ни секундой позже!

Подполковник в сердцах выругался и бросил трубку телефона на стол. Затем, немного подумав, обратился к экипажам двух вертолётов.

— Слышали?! Ни черта они не могут! То у них деталей нужных нет, то регламент по эксплуатации вышел, то, блин… А ну их! — Командир махнул рукой и выскочил из палатки, крикнув по дороге: — Не расходиться, я скоро вернусь! Вот паразиты! Ну, я им сейчас покажу кузькину мать!

Члены экипажей старшего лейтенанта Артосова и старшего лейтенанта Еноткина продолжали стоять в командирской палатке, отрешённо глядя по сторонам, в ожидании командира.

Еноткин повернул к Артосову голову и тихо произнёс:

— Ну что, Алексей Андреевич, похоже, прольётся сегодня наша кровушка…

— Типун тебе на язык! Ты что такое мелешь, тем более в присутствии экипажа? — тоже тихо ответил Артосов.

— Да брось ты, Лёха, — уже громче произнёс Еноткин, чтоб его слышали все. — Ведь в самое пекло летим.

Лётчик-оператор Василий Новиков из экипажа старшего лейтенанта Артосова вкрадчиво проговорил:

— Если летим за Дарьяновым с его ребятами, значит, точно в самое пекло. Потому что духи давно за ним охотятся, он им поперёк горла встал. Что ни вылазка, то у духов проблемы и полна задница огурцов, в смысле покойников.

— Ладно, хватит бакланить, сейчас придёт командир и всё объяснит. Возможно, и не за Дарьяновым летим.

— Хрен редьки не слаще, — всё так же упаднически произнёс лейтенант Еноткин.

— Сам ты хрен, — разозлившись, произнёс Артосов. — Не нравится — пиши рапорт, уволят. А так, без надобности, нечего воду мутить раньше времени и экипаж настраивать. «Духи, духи»… Испугался, что ли?

Еноткин зло глянул на Алексея и сквозь зубы произнёс:

— Да пошёл ты! Уволишься с этого Афгана, как же! Разве что на тот свет.

Артосов окончательно разозлился и уже хотел отвесить Еноткину словесную оплеуху, но в палатку буквально ворвался командир.

— Так, братцы, техника готова, слушай боевой приказ. Оба экипажа летите в ущелье Хрустальное на выручку штурмовой десантной группы, возглавляемой капитаном Дарьяновым. Там всех забираете — и назад. Идёте на малой высоте и друг друга прикрываете, чётко и слаженно. Я всё время буду на связи. Вопросы?

— В каком состоянии десантная группа капитана Дарьянова и какова обстановка на данный момент? — спросил Артосов.

— А разве я не сказал? — рассеянно произнёс командир.

— Нет, товарищ подполковник, не сказали, — язвительно произнёс Еноткин.

— По радиостанции Дарьянов сообщил, что полчаса назад он со своей группой вырвался из боя с духами и сейчас отходит, — зло взглянув на Еноткина, процедил подполковник Чернов. — Далеко ушли. Так что вам особо опасаться нечего. И чем быстрее вы вылетите, а не будете здесь рассусоливать и бакланить, тем лучше для вашей же безопасности.

— Разрешите идти! — отчеканил Алексей.

— Разрешаю, это касается всех. Кстати, Алексей, капитан Дарьянов — твой друг?

— И не просто друг, товарищ подполковник, а друг детства.

— Вот и замечательно, друзей надо выручать. Всё, выполняйте приказ.

Еноткин хотел ещё что-то уточнить, но безнадёжно махнул рукой и вышел вслед за Алексеем, бурча себе под нос:

— Как же, далеко ушли. От этих сволочей уйдёшь, как клещи прицепятся.

С Еноткиным Алексей много раз вылетал в паре на боевые задания. Он, конечно, парень нудный, с неуступчивым характером, но всё ж таки надёжный и уж если полетел, то будет прикрывать и биться до конца.

При подходе к вертолётам к Алексею подскочил совсем молодой зам по ИАС (заместитель командира по инженерно-авиационной службе) майор Каленин и, как бы оправдываясь, проговорил:

— Алексей Андреевич, на вашей машине электрический указатель поворота отказал, а в запасе его нет, да и командир приказал без него… В общем, наорал тут.

— Авиагоризонт в порядке? — на ходу спросил Алексей майора.

— Исправен.

— Ну, тогда всё нормально, справимся.

— Ну, добро, командир, удачи вам и возвращения!

Поднимая пыль и песок, два боевых вертолёта Ми-24 медленно поднялись и взяли курс на ущелье Хрустальное.

Капитан Дарьянов, командир десантного подразделения, был ранен осколком гранаты в левое плечо, но ничем не показывал, что страдает и нуждается в помощи. Напротив, бодро и даже чуточку весело подгонял своих бойцов, которые полчаса назад чудом вырвались из плотного окружения душманов.

— Ну что тащитесь, как на субботник? Представьте, что к горячим девкам идёте, пошевеливайтесь, а не то другие хлопцы займут ваше место.

— Товарищ капитан, давайте я перевяжу вам плечо, ведь кровь сочится, — сочувственно произнёс сержант Воронов, по совместительству фельдшер группы.

— Вся не высочится, ты лучше продолжай приглядывать за Марченко, смотри, он скоро совсем с носилок сползёт.