Ду Бин Сань полностью

Ой, да понял я, понял, — перебил Каспер и стал рассказывать: — В общем, вариант первый: младший инспектор Бо Лы Ван уходит с работы сразу после дежурства в шестнадцать ноль-ноль. При выборе этого варианта, я мгновенно возвращаюсь в тело. Вариант второй: Бо Лы Ван задерживается после дежурства пару часов на рабочем месте и, соответственно, уходит с работы в восемнадцать ноль-ноль. При выборе этого варианта, я остаюсь в тумане на штрафной час. И, наконец, третий вариант: Бо Лы Ван задерживается после дежурства четыре часа на рабочем месте и уходит с работы в двадцать ноль-ноль. При этом, я торчу в тумане два штрафных часа… Поскольку из пары навестивших вас этим утром инспекторов молодого звали как раз-таки Лы Ван, я догадался, что в загадке Контролера речь, скорее всего, идет о нем…

— Да, похоже на то? — кивнул я в параллель.

— Апчхи! — подтвердил ушастик.

…Но вот: каким боком ранний или поздний уход его с работы мог повлиять на вашу судьбу? — этого ребуса разгадать я не смог ни за отведенную Контролером минуту, ни даже и по сей момент. Поскольку логичного решения не отыскал, я выбрал серединный вариант, чтоб ушел Бо Лы Ван не слишком рано и не очень поздно. Потом отбыл в тумане штрафной час, и вернулся к тебе.

— Выходит, шестичасовой уход болвана с работы ты выбрал?

Кого, прости?

Забей. Очередная моя дурацкая шутка, — хмыкнул я. — Однако, ведь, аккурат в районе шести часов нас в карцер-то отправили…

— Апчхи! — громыхнул рядом Ва Гонь.

— О, правду говорю. Значит…

Да, блин! Нифига это не значит! — возмутился Каспер. — Просто дурацкое совпадение!

— Ты, вон, другу своему про совпадение расскажи. Гля, как мается из-за него сердешный.

— Апчхи! — в очередной раз ушастик косвенно подтвердил мои слова.

— Эй, там, жирный! Рожу хворому своему тряпкой какой-нибудь замотай! — раздалось от картежного стола недовольный рев какого-то голопузого игрока, с татуировкой красного дракона на спине. — Нам тут бактерии его не нужны!

Остальные игроки, оставив карты, тоже развернулись в нашу сторону. После чего, среди семерых сидящих за столом, кроме Кабана, я опознал еще пару его подручных: любителя пригрозить ножичком Ля Роя и душевно нюхнувшего с моей подачи стирального порошка Ро Нока.

Я б и рад был выполнить указание голопузого, но, как на зло, в карманах не было даже элементарного носового платка. И маску для заболевшего ушастика смастерить было попросту не из чего.

— Апчхи! — ужасно не вовремя, в очередной раз громыхнул трясущийся в ознобе приятель.

— Э-э, жирный! Ты по-хорошему не понимаешь, что ль⁈

— Чем орать, лучше б чаем горячим товарища моего угостил! — раздраженно бросил я в ответ, поднимаясь со шконки, и похрустывая забинтованными кулаками.

Драться в одиночку против семерых бандитов, трое из которых имеют представление о моих возможностях (так что об эффекте неожиданности можно сразу забыть) — это крайне паршивый для меня расклад. Но, увы, иного выхода из сложившейся конфликтной ситуации я не видел.

— Че ты сказал, урод⁈.. — взревел голопузый, первым вскакивая со скамейки. Но, как я и опасался, за руку татуированного тут же придержал Кабан и, вынудив буяна наклониться, что-то яростно зашептал ему на ухо.

— Да я ща этого жирдяя!.. — вырвав руку, заскандалил было дальше татуированный.

— Сядь, я сказал! — жестко рявкнул на него Кабан и чуть спокойнее добавил: — Мы ж еще не доиграли.

Обиженно заворчавший что-то неразборчивое буян вернулся-таки обратно за стол на свое место.

— Апчхи! — в очередной раз громыхнул на всю камеру за моей спиной несчастный ушастик.

— Ля Рой отнеси студентам горячего чая! — удивил меня неожиданным щедрым жестом Кабан.

Подорвавшийся тут же из-за стола подручный метнулся к тумбочке с недавно вскипевшим электрочайником, плеснул в пустую кружку кипятку, бросил туда же чайный пакетик и, отдав это богатство мне, поспешил вернуться обратно за стол.