Стрелков с мушкетами он поставил за двумя задними рвами и в церковном дворе. В первом ряду стояли солдаты с копьями. Только сильные и тренированные воины могли быть копейщиками, ведь копья были шести футов в длину, с тяжелым древком и страшным стальным наконечником. Уолтер как-то раз попросил дюжего копьеносца дать ему попробовать ударить копьем и чуть не упал под его тяжестью. Но в опытных руках это было страшное оружие. И когда враг миновал бы первый бруствер, то был бы остановлен копьеносцами или попал бы под огонь мушкетов из двух задних рвов. А огонь был бы смертельным. Даже из неуклюжих мушкетов с фитильным замком каждый тренированный солдат мог делать три выстрела в минуту.
Все так же было тихо. Пока они ждали, Уолтер почти слышал биение своего сердца. К его собственному удивлению, он был слишком возбужден, чтобы бояться.
За стеной послышались крики. Уолтер увидел металлические шлемы круглоголовых, подбиравшихся к пролому. Сотня, может, две сотни… И тут он услышал громкий голос Астона:
— Мушкетеры, ждать! Ждать!
Первая волна нападавших пробралась внутрь; вторая показалась в проломе. Уолтер увидел вражеского офицера, красивого седовласого мужчину.
— Огонь!
Первый залп уложил человек пятьдесят. Седовласый офицер упал, когда пуля из мушкета раздробила ему голову.
— Огонь!
Второй залп, из третьего рва, — и еще множество врагов пало.
Отовсюду слышались крики. Уолтер видел, как человек шесть круглоголовых напоролись на копья. Не зря же авангард при таких атаках называли обреченным. Солдаты, показавшиеся теперь в проломе, как будто заколебались.
— Теперь целься в пролом! Огонь!
Новый смертельный залп отбросил их. И круглоголовые отступили. Те, что еще оставались в проломе, пытались отойти назад, но стрелки с церковного двора перебили их по одному. Роялисты радостно кричали. Круглоголовые пустились бежать.
— Перезаряжай! Они вернутся. Кавалеристы, заряжай пистолеты! — Это был голос Астона, уверенный и громкий.
Уолтеру, как и большинству конников, выдали два пистолета, которые лежали в кобурах по обе стороны седла. Уолтер вставил в них запалы и один пистолет взял в руки. Прошло несколько минут, прежде чем круглоголовые появились снова. На этот раз они двигались быстрее и их было больше. Первая волна уже докатилась до копейщиков, когда Астон крикнул:
— Огонь!
И снова на нападавших обрушился разящий дождь мушкетных пуль.
— Кавалерия, огонь! Целься каждый в своего!
Уолтер положил длинный ствол пистолета на свободную руку, чтобы поддержать. Когда он тренировался вместе с товарищами, то обнаружил у себя способность метко стрелять. Он увидел какого-то парня, только что добежавшего до копейщиков, тщательно прицелился и нажал на спусковой крючок. Целился он в грудь, но попал в голову. И с победоносным восторгом увидел, как враг упал. Хотелось бы мне, подумал Уолтер, чтобы меня видела моя семья. Через несколько мгновений снова раздались восторженные крики. Круглоголовые опять отступили.
— Перезаряжай! — закричал Астон.
Но на этот раз ничто не нарушило тишину. Возможно, круглоголовые, дважды жестоко отбитые, решили на этот день остановиться.
Напротив пролома стояли уже две батареи. Одна била по стенам на уровне земли. Вторая, расположенная на склоне за ней, смотрела на пролом сверху. И именно там теперь Уолтер увидел клуб дыма.
Послышался устрашающий громкий свист. Удар, от которого попятилась его лошадь. Треск, страшные крики. А потом Уолтер упал. И, уже лежа на земле, он снова услышал пугающий свист. И отчаянные крики. И ржание коней.
Пушка Кромвеля, стоявшая на склоне, стреляла полуфунтовыми снарядами, и они без остановки летели в пролом на кавалерию. Уолтер с трудом поднялся и увидел, как в пролом врываются круглоголовые. Очевидно, что враг решил задавить защитников простым количеством. Мушкеты стреляли, но теперь, в общей суматохе, их залпы звучали неровно. Уолтер посмотрел вниз. Его несчастная лошадь была убита. А вокруг метались люди и кони. И везде лилась кровь. У Уолтера закружилась голова, хотя он был уверен, что не ранен. Кто-то потянул его за руку:
— Идем, дед! Мы проигрываем.
Уолтер понял, но еще какое-то мгновение глупо стоял на месте. И за это время успел увидеть в проломе стены какого-то офицера в кожаных доспехах, с мечом в руке, с длинными седыми волосами, развевавшимися на ветру.
И Уолтер сразу понял, кто это должен быть.
Сам Оливер Кромвель спешился и лично повел своих людей в смертельный пролом в стене Дроэды.
Его пистолет… Он все еще лежал в седельной кобуре. Уолтер стремительно наклонился к павшей лошади и достал оружие. Крепко сжав в руке пистолет, опять выпрямился. Кромвель все еще стоял там, размахивая мечом, призывая своих солдат атаковать. Уолтер прицелился.
А потом все было как во сне. Уолтер застыл, его палец нажимал на крючок, но ничего не происходило. Как такое могло быть? Уолтер повторил попытку. Но в простом механизме что-то заело.
— Дед! Идем скорее!
