В четыре утра, когда бороться с самым крепким сном практически невозможно, когда даже трехжильные организмы храпят, раскрыв рот и откинув голову на засаленный подголовник или уронивши ее на руль, операцию внедрения удалось осуществить. Час спустя сверка кузовных номеров осталась позади, и Арсений уже оформлял декларацию у белорусских таможенников. Еще чуток – и польский солдатик поднял шлагбаум, отделяющий Польшу от бывшей советской империи.
– Чы ма пан чоколадэ? [2] – жалобно, в надежде на халяву, намекая на то, что служба у него не сахар и как это трудно – целый день поднимать шлагбаум, принимая от водителей проштампованный талон, спросил лопоухий воин.
– Для чебе и гумы выстарчи [3], – отжалел солдатику жвачку Арсений и въехал на территорию Белоруссии. Никакой совести у людей, совсем на головку присели…
«Никакой совести у людей… Машину вот почти напополам развалили… И где же это мы едем?» – оторвавшись от воспоминаний, подумал Арсений, осматриваясь по сторонам.
Миновав спальный микрорайон через небольшой березовый пролесок, плавно сменившийся на унылый промышленный пейзаж, внедорожник «бизнесмена Леопольда» остановился возле желтых металлических ворот, рядом с которыми красовалась яркая латунная табличка ООО «ЛЕО-ФАРМ». Два коротких сигнала – и ворота медленно раскрылись, охранник в серой камуфляжной форме браво козырнул, пропуская водителей, и вытянулся по стойке «смирно», провожая взглядом своего начальника и следующего за ним странного посетителя на увечном «Опеле», запер ворота и исчез в будке на проходной. В центре территории черным выхлопом дымила огромная, раскрашенная в красно-белую полоску кирпичная труба, вокруг которой располагались небольшие сборно-монолитные руины без остекления. В лучах солнца тускло серебрились груды странного неведомого полуфабриката, у бетонного забора высились нераспечатанные ящики с импортным оборудованием канадского производства. Вокруг не было ни души.
«Тут меня и похоронят, – подумал Арсений. – В этом странном месте можно не только производить все, что угодно, но и утилизировать в больших объемах». От этих страшных мыслей его отвлек голос «бизнесмена Леопольда», приглашающий его следовать за собой:
– Да ты не бойся, работаю я здесь, пойдем ко мне в кабинет.
– Лекарства выпускаете? – припоминая окончание «ФАРМ» на табличке, попытался завести разговор Арсений.
– Угу, от глупости, – пошутил мужик.
По привычке Арсений хотел было запереть свою машину, но потом, посмотрев на разбитые стекла и вспомнив, зачем он здесь, махнул рукой и, оставив ключи в замке зажигания, проследовал за мужиком в административное здание.
– Скажите, вас, случайно, не Леопольдом зовут? – спросил мужика Арсений, когда они поднялись на второй этаж.
– Случайно можно и Леопольдом, – театральным жестом поправив бабочку, улыбнулся тот и, распахнув дверь с табличкой «Консультант», пригласил Арсения к себе в кабинет.
В углу кабинета стоял массивный, покрытый зеленым сукном аутентичный дубовый стол сталинской эпохи, на котором красовался малахитовый, отделанный позолотой чернильный прибор, статуэтка индийского божества Шивы, деревянная коробка с кубинскими сигарами и сложенный ноутбук с изображенным на нем логотипом в виде надкушенного яблока. На стенке позади стола висели вставленные в рамочку всевозможные дипломы и патенты на английском языке, смысл которых разобрать Арсений не смог из-за того, что находился от них вдали, а подходить и нагло пялиться на регалии вблизи счел некорректным. Рядом с дипломами висело японское холодное оружие, название которого Арсений позабыл, и красовалась фотография, на которой Леопольд был изображен с каким-то арабом.
– Король Иордании Хусейн, – словно предугадывая мысли Арсения, прокомментировал Леопольд и открыл сейф. – Да ты присаживайся, расслабься.
Арсений присел на стул в торце длинного полированного стола, перпендикулярно примыкавшего к дубовому сталинскому раритету, медленно вдохнул и, задержав, насколько смог, дыхание, так же медленно выдохнул через нос.
– Молодец, соображаешь, – улыбнувшись, сказал Леопольд. – Еще раз: извини меня, пожалуйста, что протаранил тебя, просто я был в другом месте и тебя не углядел вовремя.
– Как это в другом месте? – не понял Арсений.
– Ну, – замялся Леопольд, – не в себе.
– Пьяный, что ли? – удивился гость.
Перегаром от Леопольда вроде не разило, да и на наркомана он не был похож… Еще на месте аварии Арсений не обнаружил у геронта-пижона никаких признаков неадекватности.
– Да нет, я не в том смысле. Чтобы быть не в себе, совсем не обязательно находиться под кайфом… Достаточно пребывать… как бы это точнее выразиться… в другом, что ли, измерении… чтобы тебе понятней было… Ну, ладно, не будем о грустном.
