Минориты-гностики, подвергнутые анафеме Климента VIII за их веру в то, что правда далеко выходит за рамки церковного канона, прошли превосходную подготовку. Прайс, один из лучших людей Браво, прекрасно знал, каковы приоритеты. Вуаль – прежде всего, а его жизнь, как и жизнь других людей, – во вторую очередь.
Очень быстро – у него оставалось совсем мало времени – он написал сообщение на своем телефоне.
Потом уронил телефон в углубление рядом с цилиндром и грудой бусин. Затем, вернув валун на место, поспешил укрыться в более глубокой части пещеры, подальше от того места, где покоилась Вуаль. Выключив на ходу фонарик, услышал топот ног у себя за спиной, и его ослепил свет. Он уже вытащил пистолет калибра.45, но, прежде чем успел укрыться за ближайшим сталактитом, что-то зашумело у него за спиной и он ощутил острую боль между лопатками.
Прайс упал лицом вниз на холодный влажный камень.
Он собрался подняться, но невидимые руки схватили его за запястья и поставили на ноги. Тяжелый удар сломал скулу, следующий пришелся в живот, и Мартин согнулся. Тот, кто держал его запястья, выпустил их, и он упал на пол пещеры, ослепленный вспышкой боли.
Однако эта боль была ничем по сравнению с той, что пришла вслед за ней.
Сестра Ансельма Беккер мирно спала в своей одинокой постели в женском монастыре Святой Бернадетты в Джероме, штат Аризона, когда ее разбудил оживший сотовый телефон. Мелодия сообщила ей, что звонит ее покровитель, епископ Фрэнсис Гиллеспи, из своей резиденции в епархии архиепископа в Фениксе.
Бросив взгляд на часы, стоявшие на тумбочке, сестра Ансельма обнаружила, что они показывают 4.45 утра – до ее обычного пробуждения для утренней молитвы оставалось еще много времени. Такой ночной звонок мог означать только одно: где-то в Аризоне находится пациент в тяжелом состоянии, который нуждается в терпеливом уходе. Такова миссия епископа Гиллеспи, которую он выбрал сам, – заботиться о пострадавших пациентах, часто одиноких путешественниках или иммигрантах без документов, неожиданно попавших в мир больницы и не способных его принять.
Сестра Ансельма восьмидесяти с лишним лет являлась Сестрой Провидения и главным инструментом епископа для подобных случаев. Она была не только квалифицированной медицинской сестрой, но владела несколькими языками и могла перевести больничный жаргон в нечто доступное для понимания.
– Доброе утро, святой отец, – сказала она. – Что случилось?
– Два часа назад пара охотников на лосей, разбивших лагерь в Национальном заповеднике Прескотт, наткнулась на обнаженного мужчину с серьезными ранениями на проезжей части дороги. Мне сказали, что его пытали и он пострадал от сильного переохлаждения. Охотники находились в глуши. Они постарались укрыть его как можно теплее и отвезли в больницу Святого Джерома во Флагстаффе. Мне сообщили, что он находится в тяжелом состоянии.
– А почему они позвонили вам? – спросила сестра Ансельма.
– Они решили, что жертва, возможно, священник. При нем нашли единственный предмет – окровавленное распятие. Он до сих пор не пришел в сознание; вероятно, скоро его отвезут в операционную. Я бы хотел, чтобы вы поехали туда как можно скорее.
– Конечно, – сказала она. – Я немедленно отправляюсь.
Сестре Ансельме потребовалось больше часа, чтобы добраться до больницы Святого Джерома во Флагстаффе. Оказавшись там, она немного задержалась в отделении экстренной помощи, чтобы прочитать то немногое, что имелось в карте Джона Доу[58]. Он действительно был ранен стрелой в спину. После стабилизации пациента персонал отделения использовал ультразвуковое изображение, чтобы вытащить стрелу через грудину и грудную клетку, не повредив внутренние органы. Далее его отправили в операционную, чтобы хирурги поработали над другими серьезными травмами.
Расправив плечи, сестра Ансельма вошла в отделение экстренной помощи и отправилась к нужной палате, где столкнулась с другим посетителем, который ее опередил, – хорошо одетым и находившимся в отличной форме молодым человеком.
– Кто вы? – резко спросил он, вставая у нее на пути. – И какое отношение имеете к Мартину Прайсу?
– Значит, его зовут именно так? – спросила она, сделав пометку в планшете, который всегда носила с собой. – Мартин Прайс?
Мужчина кивнул.
– Я – Ансельма Беккер, Сестра Провидения, – представилась она. – Меня попросили защищать интересы больного мистера Прайса. А кто вы такой и откуда знаете этого человека? Вы его родственник?
– Меня зовут Браво Шоу, – ответил мужчина. – Я глава Ордена миноритов-гностиков. Мартин Прайс – член нашего ордена.
Две медицинских сестры быстро прошли мимо сестры Ансельмы и Браво Шоу и скрылись в палате. Через несколько мгновений они появились снова, выкатили Прайса вместе со стойкой для внутривенного вливания и повезли его в операционную. Пока Шоу смотрел на Прайса, сестра Ансельма изучала главу Ордена миноритов-гностиков. Он не походил ни на одного из священников, которых ей доводилось встречать, и если он и Мартин Прайс являлись членами одного ордена, то почему Шоу называл себя и его обычными именами?
