П. И. Бартенев записал рассказ Аркадия Осиповича Россет: «Тогда уже летом, 1836 года, шли толки, что у Пушкина в семье что-то неладно: две сестры, сплетни, и уже замечали волокитство Дантеса» («Русский архив», 1882, I, стр. 246).
Анна Николаевна Вульф 12 февраля 1836 года писала из Петербурга матери, П. А. Осиповой: «Ольга (сестра Пушкина) утверждает, что он (Пушкин) очень ухаживает за своей свояченицей Александриной» («Пушкин и его современники», вып. XXI—XXII, стр. 331).
А. И. Тургенев упоминает об Александрине в письмах своих — от 28 января 1837 года: «Пушкина привезли (после дуэли) домой; жена и сестра жены, Александрина, были уже в беспокойстве; но только одна Александрина знала о письме его к отцу Геккерена» — и от 29 января: «Жена подле него (умирающего Пушкина). Он беспрестанно берёт его (sic!) за руку. Александрина плачет, но ещё на ногах» (там же, вып. VI, стр. 50, 52). Цитируя фразу из первого письма, П. И. Бартенев дал следующее пояснение: «Показание замечательное. Умирающий Пушкин отдал княгине Вяземской нательный крест с цепочкой для передачи Александре Николаевне. Александра Николаевна была как бы хозяйкой в доме; она смотрела за детьми. В доме сестры своей Александра Николаевна оставалась до позднего брака с бароном Фризенгоф, от которого имела дочь-красавицу, вышедшую за принца Оттокара Ольденбургского. Барон Фризенгоф, венгерский помещик и чиновник австрийского посольства, первым браком женат был на Наталье Ивановне Соколовой, незаконной дочери И. А. Загряжского от какой-то простолюдинки. Эта вторая Наталья Ивановна была воспитана своею бездетною сестрой графиней де Местр» («Русский архив», 1908, III, 296).
Баронесса Евпраксия Вревская 2 сентября 1837 года писала мужу: «Сергей Львович (отец Пушкина), быв у невестки (Нат. Ник., летом, в Полотняном Заводе), нашёл, что сестра её (Александрина) более огорчена потерею её мужа» («Пушкин и его современники», вып. XIX—XX, стр. 110).
Наконец, в 1925 году было опубликовано ещё одно свидетельство, идущее от кн. Е. А. Долгоруковой, присутствовавшей при последних часах жизни Пушкина: «Александра Гончарова вышла замуж после 1844 года за Фризенгофа, живёт за границей. Холодна, благоразумна. Кажется, что в последние годы Пушкин влюбился в неё. Она вышла за австрийца. Была дружна с его первой женой»{347} («Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П. И. Бартеневым в 1851—1860 годах». Вст. ст. и прим. М. Цявловского. Изд. М. и С. Сабашниковых, 1925, стр. 60, 134, 135).
Александра Гончарова помогала Пушкину и материально. Так, в 1836 году она дала ему для заклада своё столовое серебро и брегет. Вещи не были выкуплены и пропали. Опеке пришлось возместить А. Н. Гончаровой часть её убытков. Давала она в семью Пушкиных деньги и по мелочам: после смерти Пушкина Наталья Николаевна уплатила ей долг — 2500 руб. асс.
Упоминания о сёстрах Натальи Николаевны в письмах Пушкина к жене в «Переписке», т. III, № 854, 929, 931, 933, 935, 1011 и 1015.
