— Мои мысли о том, что мы поклявшиеся на крови — о том, что я замужем за тобой, — все еще остаются туманными и в лучшем случае запутанными. Иногда я нахожу в этом утешение. А иногда меня это гложет, — признаюсь я. Руван переминается с ноги на ногу, как бы устраиваясь поудобнее, чтобы терпеливо слушать. — Я всегда знала, что меня выдадут замуж, как знала и то, что у меня не будет выбора, за кого и когда это будет. — Я тихонько смеюсь. — Если так рассуждать, то это не так уж и отличается от того, что произошло. В конце концов, у меня не было выбора мужа. У мира извращенное чувство юмора, не так ли? Можно быть полностью правым в том, что тебя ждет, и одновременно полностью ошибаться. Может быть, я действительно не могу проложить свой собственный путь в этом мире.
— Это не так. Ты можешь это и делать все, что пожелает твое сердце, — говорит Руван, мягко и твердо. — Даже тот вампир, который может видеть будущее в чьей-то крови, всегда скажет, что выбор все равно остается за бьющимся сердцем человека.
Я отвожу взгляд.
— Я бы хотела, чтобы ты мог заглянуть в мое будущее. Так было бы легче успокоиться.
— Мне не нужно пробовать твою кровь, чтобы увидеть твое будущее. — Его большой палец начинает ласкать мой. — Мне не нужна магия, чтобы увидеть женщину, которая находится в процессе познания того, чего она хочет. Я вижу женщину, чей мир намного больше, чем она думала, и это угрожает ее жесткой структуре. И по мере того, как эта структура будет разрушаться, ей придется впервые в жизни делать все больший и больший собственный выбор, чего она хочет и кем она хочет быть.
— Откуда ты меня так хорошо знаешь? — Я нахожусь где-то между удивлением и разочарованием. Но, в общем, довольна. Приятно, что кто-то по-настоящему видит меня.
— А разве нет? — У него хватает смелости надеть ленивую ухмылку. Но глаза его по-прежнему далеки. Где-то в золотистой глубине скрывается эмоция, похожая на печаль, с оттенком тоски. — Твое будущее будет таким, каким ты его сделаешь. Если оно будет со мной, то я буду помогать тебе бороться за все твои мечты на каждом шагу. Если же ты решишь, что предназначена для кого-то другого, то, несмотря на то, как больно это будет, я отойду в сторону.
— Каждый раз, когда мне кажется, что я знаю, чего хочу, я сомневаюсь в себе. — Я могу быть или делать все, что угодно. И я не могу избавиться от ужаса, который вселяет в меня безграничная возможность. — Все эти варианты переполняют меня, и я боюсь сделать неправильный выбор.
— Ты не ошибешься.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что ты всегда обладала этой силой, она ведь у тебя в крови. — Его руки лежат на моих бедрах, большие пальцы поглаживают. Он держит меня на расстоянии дыхания от себя. Наши носы почти соприкасаются. Его волосы щекочут мне виски, он заглядывает в мои глаза, как ученый в книгу. — Ты только учишься ей пользоваться. Давай проведем небольшой эксперимент. Закрой глаза, загляни в себя и скажи мне, чего ты хочешь.
— Я же сказала, что не знаю. Я все еще разбираюсь с тем бардаком, который устроила мне Деревня Охотников.
— Не в будущем. Не завтра. Прямо сейчас, Флориан.
— Прямо сейчас?
— Да, реши, чего ты хочешь в этот момент, потом в следующий. Не нужно диктовать все свое будущее сразу.
— Чего я хочу... —
От одной только мысли о том, что наша магия, наша сущность снова слились воедино, у меня по рукам бегут мурашки. Я подавляю дрожь, пробегающую по позвоночнику. Я так ясно чувствую его и себя.
Он пробудил во мне какую-то плотскую потребность. То, о чем я знала, но никогда не думала. Действия, которые никогда не были мне по силам, вдруг стали доступны благодаря его существованию.
Может быть, я останусь здесь, с ним, и решу стать его женой.
— Ты хочешь? — Он возвращает меня в настоящее.
— Сначала я хочу узнать, что ты чувствуешь. — Я обхватываю его за локти. Мне нужно знать, что у нас есть взаимопонимание.
— Я уже говорил тебе, но буду повторять это снова и снова, так часто, как тебе будет нужно, — медленно произносит Руван. Я замираю от его слов. — Когда я впервые очнулся в этом мире и понял, что мы все еще прокляты, что все, что я когда-либо знал и любил, исчезло, я поклялся, что посвящу свою жизнь спасению вампиров. Это будет моей единственной целью. Каждый вдох. Каждый шаг. Ради моего народа. Я поклялся отказаться от радости. Я поклялся добром. Я был миссией, облеченной в человеческую плоть.
