— Родион Иванович, — протягивая руку, отрекомендовался Жмакин. — Как я понимаю, вы руководите в министерстве АСУ? Сейчас это очень актуально. Наш институт несколько лет назад приобрел ЭВМ фирмы «Хьюлетт Паккард» с персональными компьютерами, и мы у себя внедрили различные системы, в том числе и для проектирования. Людей, правда, потребовалось много, но эффективность колоссальная.
— Нам, конечно, до вас далеко. Работаем пока только на рядовских[30] машинах, но достижения тоже есть, — пожимая Родику руку, отреагировал Петр Константинович.
— Проходите, пожалуйста, — пригласил Родик, закашлявшись. — Извините за мое больное состояние. Застряли в Айни, и, вероятно, простудился. Что будете пить?
— Чай, — почти одновременно ответили гости. — Если можно, то зеленый.
— Окса, принеси, пожалуйста, уважаемым гостям зеленый чай и что-нибудь сладкое. Мне дай черный с медом и коньяком, а то кашель просто замучил.
— Родион Иванович, учитывая ваше самочувствие, давайте сразу говорить по делу, — предложил Абдулло Рахимович. — Я, насколько мог, объяснил Петру Константиновичу задачу. Он кратко доложит свои соображения.
— Уважаемый Родион Иванович, мы предлагаем за основу диссертации взять внедрение методик управления транспортными потоками…
— Извините, Петр Константинович, — прервал Родик, — то, что вы предлагаете, — это узко. ВАК предъявляет очень высокие требования к практической ценности и научной новизне. Методики не котируются. Надо представить конкретные результаты с экономическими эффектами. С учетом сегодняшних тенденций перестройки — например, что-то типа разработки концепции реформирования транспортных перевозок в республике или создания новых принципов…
— Я понял вас, Родион Иванович, такие материалы у нас в целом есть, но по ним в рамках промышленных перевозок подготовлена одним из моих сотрудников диссертация, прошла предварительная защита. Я не хотел бы ущемлять его интересы.
— Не беспокойтесь, Петр Константинович, его интересы соблюдем. Мы формально расширим область работы на все типы перевозок, добавим опыт по республике, а диссертацию представим, если Абдулло Рахимович не возражает, в форме доклада. Конечно, придется провести соответствующую подготовку. Можете пообещать вашему сотруднику несколько положительных отзывов из Москвы. Содействие в ВАКе и еще что-нибудь местное. Уверен, что компромиссный вариант найдется. Постарайтесь задним числом включить Абдулло Рахимовича в соавторы научно-технических отчетов, а если есть неопубликованные статьи, то направьте в редакции дополнения по авторскому коллективу. Постарайтесь прислать мне материалы как можно скорее…
— Родион Иванович, — подвел итог Абдулло Рахимович, — я полностью доверяю вам и вашему огромному опыту. Петр Константинович всецело в вашем распоряжении. Наши внутренние проблемы вас не должны беспокоить. Я все сделаю так, как вы рекомендуете. Лучше позаботьтесь о своем здоровье. Прислать врачей?
— Не стоит. Я завтра лечу в Москву. К сожалению, опять не могу воспользоваться вашим гостеприимством. Прямо рок какой-то.
— Не переживайте, я все понимаю. Вы напрасно поехали на машине. Самолет — быстро и надежно. Горы в это время очень коварны.
— Урок этот я усвоил. Хорошо, что живы остались один раз чуть в пропасть не свалились.
Родик снова закашлялся. Из глаз потекли слезы, голова закружилась.
— Ложитесь, отдыхайте, Родион Иванович. Как-то вы очень плохо кашляете. Пусть Окса вам инжир заварит и меда побольше. Я вам хороший горный мед к вечеру подошлю.
— Спасибо, провожу вас и начну лечиться. У меня есть один верный способ. Мед с водкой.
После ухода гостей Родик попросил Оксу принести треть стакана меда, наполнил до краев водкой, размешал, выпил и пошел спать. Утром надо было быть «в форме» и лететь в Москву. Однако заснуть никак не удавалось. Родик ворочался, сильно потел, кашель душил его, и от этого кружилась голова. Окса тоже не спала, два раза меняла постельное белье, а под утро ушла в столовую, надеясь там хоть чуть-чуть поспать.
Родик, вероятно, тоже заснул или впал в какое-то похожее состояние, из которого его вывел звонок будильника.
Было восемь утра. Голова гудела, веки отяжелели и не хотели открываться, все тело ныло какой-то нудной болью. Родик понимал, что от этого состояния надо избавиться, но сил в себе не находил. Руки и ноги казались тяжелыми, неподъемными бревнами. В груди что-то клокотало, дышать было тяжело и больно, очень хотелось пить. Наконец он сумел опустить ноги на пол. Получив опору, попытался встать. Голова закружилась, и он, не удержавшись на ногах, упал на спину. От удивления Родик на минуту даже забыл о слабости и сделал вторую попытку, оказавшуюся еще более плачевной.
Он лежал поперек кровати лицом вверх и впервые в жизни сознавал, что он, здоровый и сильный мужчина, не может управлять своим телом. Даже язык не слушался его. Он хотел позвать Оксу, но вместо голоса из него вырвался дикий кашель, от которого потемнело в глазах, внутри груди будто что-то оторвалось, во рту появился вкус крови.
