Молли крепко прижала подушку к груди и постаралась подавить охватившее ее смущение. Жгучий спирт снова коснулся ее кожи, и Молли показалось, что на ее спину высыпали раскаленные угли. Она вновь с трудом подавила стон.
— Ничего страшного, поплачь. — Сэм заткнул бутылку пробкой и отставил ее в сторону.
— Я никогда не плачу. Я даже не помню, как это делается.
— Никогда? — переспросил Сэм, измученный тем, что ему пришлось сделать. В отличие от спирта ромашковая мазь унимала боль.
— Я не плакала с тех пор, как умерла моя мать. — Молли отвернулась, не в силах встретиться взглядом с Сэмом, и у него сжалось сердце.
— От мази жжение уменьшится, — пообещал он, погружая пальцы в баночку с лекарством. — Потом я перебинтую тебе спину, и ты немного поспишь.
Сэм начал наносить мазь на кожу девушки и вскоре почувствовал, как ее мышцы расслабились под его руками. В его груди вновь поднялась волна гнева.
— Прежде чем я уйду, Молли, я хочу, чтобы ты сказала мне, кто тебя так избил. — Рука Сэма еле заметно дрогнула, когда он попытался подавить гнев.
— Нет.
— Нет! Как нет? Я хочу знать, кто это сделал, черт возьми! — Сэм стиснул зубы, стараясь сохранять спокойствие.
— Не твое дело, Сэм. Я сама разберусь во всем, как только ко мне вернутся силы.
Сэм окинул взглядом миниатюрную девушку, лежащую на кровати. Она сама разберется! Большей глупости он в жизни не слышал.
— А с чего ты решила, что в следующий раз тебе удастся справиться с ублюдком?
Когда Молли повернулась к нему, Сэм всей кожей ощутил ее ледяной взгляд.
— Потому что в следующий раз со мной будет пистолет.
Глубоко вдохнув, Сэм присел на корточки возле постели.
— Послушай, Молли. Позволь мне помочь тебе. Скажи, кто мог обидеть тебя.
— Нет.
— Ну, тогда скажи хотя бы, почему.
Девушка молчала.
— Все из-за того, что случилось между нами, да? — Сэм взял девушку за щеку, заставляя ее посмотреть себе в глаза, но Молли по-прежнему молчала.
— Из-за меня, да? — закричал Сэм.
Девушка прикрыла глаза.
— Скажи мне, черт возьми!
— Да, — прошептала Молли. — Он видел, как мы целовались.
— Кто? — Сэм едва не задохнулся от гнева. — Кто нас видел? Хоакин? Но Хоакин никогда не сделал бы ничего подобного.
Молли покачала головой:
— Я не могу сказать.
Внезапно Сэм все понял.
— Преподобный. — Его тон стал таким ледяным, что Молли невольно поежилась. — Он сопровождал тебя на вечеринку. Я даже перекинулся с ним парой фраз. Он твой опекун, не так ли?
— Послушай, Сэм…
— Джейсон Фоули сделал это.
— Да послушай же! — потребовала Молли. — Я не могу допустить, чтобы кто-нибудь узнал о случившемся. Мне очень нелегко заслужить уважение мужчин, а произошедшее может все испортить. Они могут решить, что я слабая и не могу постоять за себя. Я не допущу, чтобы они узнали, что сделал со мной Джейсон Фоули!
В глазах Молли читалось такое отчаяние, что ярость Сэма немного утихла.
— Я должна думать о «Леди Джей», — произнесла девушка. — Пожалуйста, Сэм, пообещай мне, что никому ничего не скажешь и не сделаешь ничего такого, что выдаст меня.
— Молли, ты же понимаешь, что я не могу оставить все как есть. Я несу ответственность.
— Тебе придется. Я даже Хоакину не могу ничего сказать. Иначе он попытается убить Фоули.
— И я не осудил бы его.
Молли взяла Сэма за руку.
— Могу ли я пожить где-нибудь несколько дней? До тех пор, пока не почувствую себя в состоянии вернуться домой. Я знаю, что прошу слишком многого, но мне больше не к кому обратиться.
— Мы соседи, Молли, и должны поддерживать друг друга. Я знаю, ты можешь не поверить, но я говорю искренне.
Молли захлестнула волна стыда.
— Ты мог бы отвезти меня в Траки, и я пожила бы в гостинице.
— Не говори глупостей, Молли. Ты останешься здесь.
— Но ты не понимаешь, Сэм. Даже если ты поможешь мне, дальнейшее не изменится. Я… я имею в виду тяжбу и все остальное. Я должна решить вопрос о земле для себя раз и навсегда. Просто обязана.
Сэм смотрел на девушку, не веря своим ушам, а ее глаза молили о понимании. Не говоря ни слова, Сэм перебинтовал спину Молли, а потом двинулся к двери.
— Отдохни немного, — спокойно произнес он. — Я пошлю кого-нибудь в «Леди Джей». Твоему опекуну передадут, что Пейшенс заболела и ты согласилась остаться с ней на пару дней. Уверен, он поймет.
— Спасибо, — прошептала Молли.
Заглянув напоследок в ее большие голубые глаза, Сэм вышел из комнаты.
Питер и Эммет тут же поднялись со своих мест, едва только Сэм появился на лестнице.
— Как она? — спросил Эммет.
— Думаю, все будет в порядке. Правда, на некоторое время останутся шрамы, но они скорее всего сойдут без следа. Молли здорово ушибла голову, так что нужно понаблюдать за ней. — Сэм тяжело опустился в коричневое кожаное кресло, а его братья снова уселись на диван.
— И кто так поиздевался над ней? — поинтересовался Эммет.
— Она не сказала, — солгал Сэм, едва сдерживая гнев.
— Но почему? — Эммет вскочил.
