Огромное наследство, доставшееся красавице Рослин Чедвик, оказалось истинным проклятием, ибо теперь богатую невесту просто преследовали охотники за приданым. Спасением казалось немедленное замужество, но трудно было представить себе супругом Рослин циничного лондонского повесу Энтони Мэлори. Однако, повинуясь зову сердца, шотландская красавица доверилась обаятельному, великолепному мужчине…
— Тебе не страшно, милая?
Леди Рослин Чедвик отвела задумчивый взгляд от окошка кареты, в которое смотрела вот уже битый час, совершенно, впрочем, не замечая меняющегося за ним пейзажа. Не страшно? Да ведь она теперь одна на всем белом свете, без близких родственников, даже без опекуна. Все родное и знакомое осталось позади, впереди — неизвестность. Страшно ли ей? Да она в ужасе! Впрочем, Нетти знать об этом совсем необязательно. Рослин по крайней мере не стоит показывать свои чувства. Нетти и без того не в своей тарелке со вчерашнего утра, когда они пересекли английскую границу. Добрая женщина, конечно, пытается скрыть свое состояние за обычным ворчанием. Но уж слишком не похожа она на ту веселую, жизнерадостную Нетт, какой она была даже тогда, когда они ехали по презираемой ей шотландской низине.
Все свои сорок два года служанка Рослин прожила в Северной Шотландии, не думая, что настанет день, когда ей придется спуститься со своих обожаемых гор, а тем более отправиться в Англию. Представить только — в какую-то Англию! Но оставить ее дома Рослин не могла. Нет. Кого угодно, только не любимую Нетти.
Она собралась с силами. Адресованная Нетти улыбка вышла вполне искренней. В ореховых глазах Рослин появился какой-то веселый блеск.
— Вот еще. С чего бы это мне должно быть страшно, Нетти? Разве у нас с тобой не хватило ума улизнуть под покровом ночи? Джорди теперь неделями может обшаривать Абердин и Эдинбург. Ему и в голову не придет, что мы прячемся в Лондоне.
— Так ему и надо!
Лицо служанки расплылось в Довольной улыбке. Напоминание о столь очевидной удаче заставило ее на минуту забыть о своих страхах и даже о нелюбви к Англии. Неприязнь к Джорди была куда сильнее.
— Пусть теперь эта дьявол подавится от злости собственной селезенкой, когда будет узнать, что ты разрушила все его дурацкие планы. Вот так, — злорадно продолжила Нетти, путая по своему обыкновению английские и шотландские обороты. — Моя, правда, не понравилась, что Дункан, царствие ему небесное, заставил тебя дать то обещание. Но он-то как раз желал тебе только хорошего. Однако не думай, что мне не огорчает слышать, как ты все время говоришь по-английски. Свой правильный английский ты не забываешь даже со мной. Еще бы, Дункан притащил для тебя такой отличный учитель, такой настоящий самовлюбленная англичанка! А теперь, раз уж мы среди них оказались, тебе вовсе не расстаться с правильной речью этого чертова отродья.
Давнее раздражение, прозвучавшее в ворчливом сетовании Нетти, вновь вызвало у Рослин улыбку. Девушке захотелось немного подразнить спутницу.
— До того, когда моя встретит настоящего англичанина, осталось совсем немного, — заговорила она на более приятном для Нетти наречии. — Тогда вспоминать чистый английский будет уже поздно. Ты же понимает, он не должен заподозрить, что я задумываюсь над каждым словом, а?
— Тьфу ты! Да ты и сейчас ни единого слова не забывает. Я и то понимаю, что говорить не англичанка только тогда, когда ты очень расстроена.
Нетти права. Она вообще знает о Рослин больше, чем она о себе. Шотландский акцент, унаследованный от Грэмпа и той же Нетти, и правда прорывался у девушки лишь тогда, когда она пребывала в крайней степени отчаяния или раздражения. У Рослин и сейчас было немало причин для огорчения. И все-таки она не настолько выбита из колеи, чтобы забыть безукоризненный английский, который терпеливо вколачивала ей в голову педантичная учительница.
— Надеюсь, сундуки с нашей одеждой уже прибыли. Иначе мы окажемся в весьма плачевном состоянии, — вздохнула Рослин, переводя разговор на другую тему.
Уйти из дома они постарались так, чтобы никто не заметил этого и не рассказал об увиденном кузену Джорди. Поэтому, покидая Камерон-Холл, они сумели захватить с собой лишь по одной смене белья.
— Ну уж об этом меньше всего стоит волноваться, девонька. Не зря же приезжал к нам модистка из Лондона и сшил те красивые платья. Теперь ты в Лондон не придется даже тратить время на примерки. Дункан, да упокоит Бог его душу, позаботился обо всем. Он и сундуки с нашими вещами отсылал потихоньку, один за другим, так, чтобы Джорди не мог почувствовать неладное.
Рослин и самой уже их приключение начинало казаться не таким опасным, а некоторые обстоятельства побега даже забавными. Например, то, как они, спрятав юбки и надев старые бриджи, брели при тусклом свете луны, надеясь, что в таком одеянии их издалека примут за мужчин. Безусловно, правда все равно будет известна. Девушка в этом не сомневалась. Но это будет потом.
