– А вот… – Девочка кивнула в сторону ближайшего жилого корпуса.
– Почему ты в такое время на улице?
– Ой, у подружки задержалась.
– Будь осторожна, здесь у вас… – Я осеклась. – Хулиганы ходят.
– Хорошо, буду… Так вам не жалко?
Я протянула монетку. Девчушка сказала «спасибо» и, вполне счастливая, побежала к магазину «24 часа». Плюшевый мишка трясся в кармане рюкзачка.
А я осталась одна. Мысли были нерадостные. Я думала, что хуже всего, когда ты бессилен перед глупостью. Но еще хуже – если ты знаешь, что все понимают, что делают глупость, и все равно ее делают. И плевать им на заключение криминалиста! «А не погорячилась ли я, бросив врачебную карьеру? – подумала я. – Может, попроситься назад? Наверняка возьмут».
– С этим не стоит спешить, – раздался у меня за спиной знакомый голос.
Как же я обрадовалась этому голосу! Фауст стоял как изваяние. А я чуть было не бросилась к нему на шею. Наверное, он заметил мое движение. Впрочем, как бы он заметил? Ведь он же слепой. Надо было что-то сказать, и я сказала:
– Рада вас видеть.
– Конечно. Вам же этого хотелось, эксперт Чернова.
Он не спрашивал, он сообщал факт. И возразить на это мне было нечего.
– Меня отстранили от дела. Они не хотят, чтобы я дала заключение по этому трупу.
– Но вам уже что-то известно.
Я кивнула.
– Расскажите подробности.
Я постаралась кратко пересказать то, что успела заметить. Лицо Фауста оставалось неподвижным. Да и черные очки меня сильно раздражали. Я старалась не смотреть на них.
– Известно, кто жертва? – спросил он.
– Мне не сообщили фамилию.
– Меня не фамилия интересует.
– Род деятельности? Ночная бабочка, – вырвалось у меня невольно. – Во всяком случае, мне так показалось. Размалеванная кукла.
– Живет в ближайших домах?
– У меня нет данных.
– Вспомните, что вы видели.
И тут я сделала то, чего никогда себе не позволяла: стала выдвигать предположения.
– Наверняка из дома выскочила! – вырвалось у меня.
– Почему вы так решили?
– На ней стоптанная домашняя обувь и застиранная футболка. Накрасилась, а переодеться не успела. Кто-то позвал ее…
– Великолепно! – удовлетворенно кивнул Фауст. – Это я и хотел услышать. От вас.
Не знаю, может, я на самом деле чувствительна к похвале. Одобрение Фауста мне было приятно услышать. Оно подействовало на меня как плитка шоколада, если я позволяла себе съесть кусочек. У меня даже настроение улучшилось.
– Что мне теперь делать?
– Ждите. И будьте готовы… – В очках Фауста блеснул случайный отсвет.
– К чему? – попыталась я уточнить.
Он повернулся, чтобы уйти.
– И это все? – спросила я его в спину.
Фауст повернул голову:
– Буду нужен – зовите.
– Как звать?! – спросила я не лучше последней дурочки. – Звонить? Так у меня нет номера вашего телефона.
– Как звали сейчас, – сказал он и скрылся в темноте за кустами.
По дороге домой я купила шоколад и красное вино. А поднявшись в квартиру, переоделась в старую пижаму и уютно устроилась в кресле с томиком легенд о Фаусте.
Про Фауста в черных очках я старалась не думать.
Среди ночи я внезапно проснулась от чувства, словно меня что-то зовет. Голос звучал во мне, я слышала его всем телом. Мне срочно нужно было туда, на то самое место… Желание оказаться там, на пустыре, было слишком сильно. Ничего, кроме этого желания, я не замечала, не понимала, не чувствовала. Я знала только одно: прямо сейчас мне нужно было туда. Меня звали. Мне хотелось оказаться там любой ценой. Сейчас.
Дальше в памяти сохранились лишь отдельные картинки, словно осколки витража: помню, что еду в такси на переднем сиденье; помню, что смотрю перед собой на дорогу, на мелькающие за окном окрестности. Помню, как внезапно в лобовом стекле вспыхнули фары встречного автомобиля, ослепив меня… Тут же меня скрутила неведомая сила, и я почувствовала, что теряю волю. Мне нужна была помощь, но помощи ждать было неоткуда. Воли, чтобы противостоять неведомой силе, тоже не осталось. Разума не осталось. Ничего не осталось. Меня охватили тоска и страх. И только мой слабый голос едва различимо пробивался сквозь леденящий страх: «Помоги мне, Фауст. Помоги мне… Мне плохо… Фауст, помоги… Фауст…»
Но скоро голос, зовущий меня, поглотил, задушил мои слабые попытки сопротивляться – больше я ничего не хотела. Только скорее оказаться там, где меня ждали…
Дальше – провал. Вот я уже не в такси, я видела то место. Я шла туда… Взгляд отмечал тонкие красно-белые полоски, огораживающие кусок земли… Но мне было все равно. Что-то звало меня… И я шла на зов. Я всей душой тянулась туда. Я почти была там…
И вдруг я ощутила всей кожей, как оно приближается ко мне. Я не видела, что это, но явственно чувствовала нарастающий порыв ледяного ветра. Нечто приближалось медленно и неотвратимо. Однако страха не было. Голос, зовущий меня, заглушал все мои чувства. И хотелось только одного: чтобы все поскорее закончилось. То, что призывало меня к себе, было уже совсем рядом.
«Скорее… Скорее… Возьми меня… Я открываю себя, вот моя шея… Я жду тебя…»
Оно приближалось, огромное и сильное, чтобы забрать меня…
