Первоначальные лунные календари включали разное количество месяцев — семь, двенадцать, пятнадцать. Понятие года еще не сложилось. Постепенно копились наблюдения, как Луна в своих странствиях является из разных созвездий, и оформился лунный зодиак; можно было собирать месяцы в год. Летосчисления народов Нила и месопотамских городов, индусов и китайцев, майя и инков — за всеми ними видим традиции, основанные на лунных циклах. По мере того как росли требования к точности, стали привязывать Солнце к двенадцати знакам зодиака, каждый из которых занимал свой сегмент небосвода с кажущимся движением с запада на восток, тогда как Солнце, Луна и планеты, по видимости, движутся в противоположном направлении. Из этого деления небесного круга на двенадцать частей и развилась 360-градусная шкала, которой мы пользуемся до сих пор.
Многим знакам зодиака придан облик животных. Связь между космической и тотемной символикой очевидна. Символы из животного мира вознеслись на небеса; родовые тотемы охотников были преображены земледельцами Нильской долины в небесные знаки. Когда Сириус — Большой Пес, лающий страж — на рассвете 19 июля показывался в небе где-то над истоками Нила, это служило предвестьем ежегодного паводка; когда Солнце вступало в созвездие Тельца, наставало время пахоты. Знаки зодиака глубоко укоренились в мире представлений человека, они стали талисманами, определяли жизненный путь индивида и судьбы народов. Наследием от неволи на берегах Нила явились знаки египетского зодиака на знаменах двенадцати колен Израилевых (только Дан поменял скорпиона на орла). Небесные знаки вновь стали родовыми.
Пять тысяч лет назад в четырех кардинальных точках зодиака Телец сторожил весеннее равноденствие, Лев — летнее солнцестояние, Скорпион (ставший затем орлом) — осеннее равноденствие, Водолей — зимнее солнцестояние. В разных сочетаниях человек и три животных выступают в роли подпирающих небосвод детей солнечного бога Гора, становятся херувимами у иудеев, присутствуют в видении Иезекииля в Вавилоне, являются в апокалипсическом видении и сопровождают евангелистов вплоть до позднейших религий Запада; под конец — бледные тени, утратившие первоначальную яркость и смысл.
Искатели параллелей в пышном вертограде многозначных символов не преминули напомнить, что в Египте за тысячу лет до начала нашего летосчисления рождение бога Солнца праздновали в полночь 25 декабря, когда Солнце находилось в созвездии Козерога, известном также под названием хлева: солнечное дитя рождалось в хлеву. На меридиане ярко светила звезда востока Сириус, меж тем как на востоке из-за горизонта выходила Дева, изображаемая в виде жницы с колосьями в руке или небесной царицы с младенцем на руках: Исида с Гором. Справа от Сириуса — Орион, великий охотник, чей пояс украшали три звезды, известные также как Три короля. Когда Солнце в дни Пасхи на своем пути из точки зимнего солнцестояния проходило точку, где словно бы распиналось на кресте, образуемом эклиптикой и космическим экватором, оно находилось в созвездии Овна (агнец — один из символов Иисуса).
Из точных наблюдений древних лунных календарей выросла обогащаемая все более совершенными знаниями астрономия. Похоже, что строившаяся сорок лет великая пирамида в Гизе, в отличие от других пирамид, служивших гробницами божественных правителей, земных воплощений Осириса, была обсерваторией и местом хранения научных приборов. Сорок веков назад огромной обсерваторией под открытым небом служил Стоунхендж в Великобритании, с его ориентированными на восход Солнца в день летнего солнцестояния монолитами весом до тридцати пяти тонн. Найденные при раскопках в Ниневии обсидиановые линзы объясняют, почему вавилонские глиняные цилиндры повествуют о фазах Венеры, которые нельзя было наблюдать без оптических приборов. О шарообразной форме Земли разные цивилизации знали за тысячи лет до того, как эта кощунственная идея привела в смятение Европу; в одной индуистской рукописи Землю называют «шаром в пустоте». В третьем веке нашего летосчисления Диоген Лаэртский сообщает, что у египтян был список трехсот семидесяти трех солнечных и восьмисот тридцати двух лунных затмений — результат наблюдений, охватывающих не менее десяти тысяч лет.