– Ты потрясающе выглядишь в этом костюме, – заметил он еще через несколько шагов.
– Терпеть его не могу. Напоминает одежку сексуальной адвокатессы из телесериала.
– Наверное, поэтому мне так нравится.
Я повернулась к нему, сразу перейдя к главному блюду этой обильной трапезы неловкости:
– Это безумие. Почему мы обсуждаем мои шмотки? Зачем мы вообще здесь? Разве у нас есть, о чем поговорить, кроме воскрешения мумий и ускользания от громоздких динозавров? Когда никто не пытается нас ограбить или убить?…
Я прижала ладонь ко рту, потому что даже по собственным меркам повела себя бестактно. Отец Карсона надолго отправляется за решетку, а единокровная сестра мертва, и надо уважать ее память, пусть Алексис и была безумной убийцей. Хотя вслух я этого не скажу
– Мы разговариваем потому, что я хочу встречаться с тобой, – выдал Карсон тем самым сдержанным тоном, который использовал, когда на самом деле сильно переживал. И прочистил горло. – По-настоящему.
Я сложила руки на груди:
– И как мы это провернем? Я ведь живу в Техасе, а ты – в Чикаго. У тебя накопились бонусы от авиакомпании за частые перелеты?
– Ну у тебя же есть зимние каникулы? А паспорт? Каймановы острова…
– О боже мой! Конечно… нет. – Я снова быстро пошла прочь, развивая хорошую скорость благодаря длинным ногам и попутному ветру. Вот уж действительно «Город ветров». – Я не поеду с тобой на долбанные Каймановы острова. С чего тебе вообще это взбрело в голову?
Карсон схватил меня за локоть, останавливая:
– С того, что я хочу узнать, есть ли у нас общие темы, если не… – Он стиснул зубы и продолжил: – Когда всего, о чем ты упоминала, нет.
Я внимательно изучала стажера. Говорил он, несомненно, искренне.
– Почему?
– Потому что ты мне нравишься. Нравится, как мы подходим друг другу.
– Карсон, ты воскресил мертвых. И это еще до того, как стал одержим Оостерхаусом.
– Это произошло всего раз, и ты их всех вернула на место. Похоже, мы прекрасная команда.
– Так ты поэтому хочешь со мной встречаться? Потому что мы – замечательная команда по раскрытию преступлений? Я уже этим занимаюсь.
Карсон посмотрел на меня взглядом, ясно говорившим: «Мы стоим на забитом людьми тротуаре, нас фотографируют, в противном случае я бы тебе показал, почему то, что ты сейчас сказала, – чепуха».
И вдруг в Чикаго стало уже не так холодно.
– Ладно, вот как мы поступим: если хочешь со мной встречаться, приедешь в Техас на праздники. Проведешь их на ферме Гуднайтов со всей моей семьей, в которой найдется несколько устрашающих дуэний, справляющихся со своими обязанностями намного лучше твоей тети.
Карсон моргнул и, кажется, слегка побледнел:
– Всей семьей? Разве мы не можем просто пойти на свидание? Обещаю не приезжать за тобой на «Корвете».
– Можешь заехать со мной не на «Корвете» двадцать третьего декабря. Но следующие пару дней… – Я на секунду закусила губу, прикидывая последствия своего порыва. – Тебе, Карсон, надо увидеть, каково иметь настоящую семью.
Он так долго размышлял, что у меня даже нос потек на холоде.
– Очень похоже на назначение заслуженного наказания.
– Чувак! – Я всплеснула руками. – Хочешь узнать меня получше или просто перепихнуться на выходных?
– И почему мне кажется, что это вопрос из разряда ультимативных?
Я с отвращением фыркнула и хотела уйти, но не успела сделать и пары шагов, как Карсон схватил меня за руку:
– Эй, извини. Просто… у тебя большая семья. Может, начнем с малого? С кузины или кого-то еще?
Я задумалась, но не так глубоко, как он, потому что замерзла:
– В той кофейне сидит моя кузина, начнем с нее.
Чуть помявшись, Карсон взял меня за руку:
– Нужно купить подарки всем твоим родственникам?
– Они тебя не одобрят, если решишь пожадничать.
– Тогда придется мне приехать в Техас пораньше, чтобы ты прошлась со мной по магазинам.
– Можешь заказать по почте. Я лучше оживлю еще одного динозавра, чем заявлюсь в торговый центр в канун Рождества.
Мы шли, держась за руки, как обычная парочка, хотя никогда ею не станем, ведь мы ненормальные. В кармане пальто завибрировал телефон. Сообщение от Тейлора:
Хороший вопрос. Обожаю ненормальность. Возможно, из нашей пары что-то и выйдет.
Я сняла перчатку и написала сообщение одной рукой, так как Карсон шутливо вцепился во вторую.
