Семейку Ами Гуднайт нормальной не назовешь.Ведьма бог знает в каком поколении, Ами росла в мире добрых духов и кухонной магии. Звучит достаточно безобидно, вот только наша героиня буквально рвется в колледж, лишь бы сбежать подальше от «семейного дела».Но одно лето круто все меняет.Пока сестрички Гуднайт, Ами и Фин, присматривают за ранчо своей тетушки Гиацинты, к Ами является полночный дух, явно пытаясь передать ей какое-то послание. Похоже, обнаружение на соседской земле старой могилы разозлило призраков и заставило их взбунтоваться.С помощью местных ребят и одного симпатичного ковбоя Бена, который с Ами глаз не сводит, сестры начинают расследование. И вскоре выясняют, что грядет нечто странное и опасное, доселе дремавшее в самом сердце Техаса…Этой книги, возможно, не было бы без Старбакса и Святого Иуды, покровителя гиблых дел (это я о себе, не о книге).
Козлы снова забрались на дерево.
Я даже не знала, что рогатые вообще на такое способны! Три дня я следила за ними, прежде чем выяснила, как проклятые твари выбираются из своего загона. И вот однажды выглянула из окна верхнего этажа и увидела Тако и Гордиту, вожаков стада, прыг-скок-забравшихся на одну из нижних ветвей дерева у забора, что отделял козлиную территорию от двора векового фермерского дома тетушки Гиацинты.
- Даже не думай об этом, – сказала я Гордите, глядя на нее через тот самый забор.
Я только что вымыла четырех собак, затем прошлась с лопатой по хлеву, так что теперь воняла грязной мокрой псиной и ослиным дерьмом и была не в настроении шутки шутить.
Коза уставилась на меня спокойными глазами с длинными ресницами и заблеяла:
- М-е-е-е-е-е. – Что, должно быть, означало «ты мне не указ», поскольку она даже не потрудилась слезть с дерева.
- Поступай, как хочешь, – сказала я. Пока она технически находилась все еще в... или, скорее, над загоном, аргументов у меня не хватало. Когда имеешь дело с козой, ты словно на поле боя.
Полагаю, тетушку Гиацинту можно простить за то, что она доверила мне самой разобраться с тонкостями управления рогатыми. И «самой» – не преувеличение. Помимо тех случаев, когда мы с Фин, моей сестрой, ездили в город за продуктами, всю неделю мы не видели здесь ни души. Ну, кроме дяди Берта. Но покойного мужа тети мы не столько видели, сколько ощущали его присутствие. Время от времени.
Тетушка Гиацинта отправилась в отпуск впервые за десять лет. Фитоферма и линия органических средств для ванн, которые здесь производились, наконец достигли того уровня, когда можно было сделать перерыв. И тетя на месяц укатила на другой конец света, в круиз по странам Востока, а нам оставила целую кучу поручений.
Она дала нам с Фин исчерпывающие указания по кормлению и уходу за флорой и фауной, и наша мама уже ждала в забитом багажом фургоне, чтобы отвезти путешественницу в аэропорт Сан-Антонио, но тетя Ги все еще упорно стояла на пороге, уперев руки в боки и сосредоточенно поджав губы.
- Уверена, я что-то забыла, – сказала она, оглядывая двор и пытаясь вспомнить. Затем рассмеялась и погладила меня по щеке: – О, и чего это я распереживалась? Ты же Гуднайт. И если кто из нас и сможет справиться с кризисом, Ами, так это ты.
Что верно, то верно. Я ответственная воспитанница семьи, которая живет и работает в иной реальности, чем остальной мир. Но мне очень повезет, если стадо коз-Гудини останется худшим, с чем мне предстоит столкнуться.
Собрав принадлежности для мытья собак, я поплелась к белокаменному хозяйскому дому, угнездившемуся в самом сердце усадьбы тети Гиацинты «Взгорье». Для фитофермы дом был вполне солидных размеров, хотя и казался маленьким по животноводческим стандартам. На самом деле достаточно маленьким, чтобы выглядеть ничтожным по сравнению с прилегающими землями.
Чтобы добраться до места, нужно ехать по гравийной дороге через чужое пастбище до ворот фермы Гуднайтов, где упираешься во второе ограждение из колючей проволоки и кедровых столбов, окружающих территорию тети Гиацинты. Через это ограждение мы частенько видели пасущихся соседских коров. Полагаю, по ту сторону трава действительно всегда зеленее. А дальше – утрамбованная грунтовая дорога, которая наконец приводит к крепкому дощатому забору, огораживающему дом и двор с примыкающими загонами для скота.
Иногда создается ощущение, что живешь в гигантской матрешке: сплошные заборы и ворота.
Собак держали на приличном расстоянии от козьего загона, но они скачками присоединились ко мне по пути домой. Сэди кусала пятки моих резиновых сапог, в то время как Лила выписывала восьмерки, путаясь под ногами. Медведь, не будь дурак, уже направился в тень – подальше от дневного солнца.
- Отвалите! – Я отпихнула девочек от своих грязных джинсов. – Я же вас только вымыла, глупые дворняги.
Собаки помчались к Медведю в сторону крыльца. Я с охапкой грязных полотенец протопала вверх по ступенькам и подцепила заднюю дверь пальцем. Лохматые ввалились в сени следом и, пока я разувалась, попытались проскользнуть в дом.
- Только когда высохнете. Стоять! – Мне удалось задержать всех, кроме Пампкина[1] – очень подходящее имечко для этого померанского шпица, – который страдал астмой и мог заходить внутрь, когда пожелает. То есть почти все время.
Я закрыла дверь и вздохнула – ошибка, потому что глубокий вдох поведал, как сильно от меня воняет.
До горячего душа осталось ровно пять... четыре... три…
