— Что ж, я и сама была не образец добродетели. — Она машинально прикоснулась к шраму на лице. — У нас обоих были на то причины, Элион. Но может быть, настало время забыть все это и снова объединиться. Мы были хорошей командой, я, Каз, ты и Мельнит.
Элион кивнул, и Вельдан поняла, что он все еще не может спокойно говорить о Мельнит.
— Полагаю, я скоро начну подыскивать себе нового напарника, — сказал он. — Пока что я даже думать об этом не могу, но рано или поздно придется. Если останусь один, то окажусь ни на что не годен, и Кергорн отправит меня работать в какое-нибудь захолустье.
—
Элион вздрогнул.
— Ты рехнулась? Да она мне в бабушки годится! Как я учить кого-то, кто постоянно называет меня «сынок»? Ладно, чтобы сменить тему: не пойти ли мне и не снять ли Эндоса с поста?
— Погоди. — Вельдан злорадно ухмыльнулась. — Пусть начала как следует окоченеет. Спешка здесь неуместна. Мы попали в дурацкое положение, и не стоит действовать опрометчиво. Сегодня архимаг навряд ли пришлет кого-то на смену и чем дольше он будет там мерзнуть, тем лучше. И потом, после всей этой беготни я хочу хоть немного побыть в тепле и уюте. Что бы там ни случилось у нас с Кергорном, все равно: так приятно вернуться домой.
Она вытянула ноги, обутые в пару мягких тапочек, и удовлетворенно оглядела свое жилище. Это был необычный дом, сконструированный, чтобы вмещать и человека, и дракена. Одноэтажный, длинный, с просторными комнатами, широкими коридорами и дверями. Здесь стояло очень мало мебели: иначе она бы могла перегородить путь Казу или пострадать от ударов его хвоста. Пол замощен каменными плитками. «Мы не можем позволить себе дерево, — как-то сказала Вельдан Элиону, — не при его когтях». Но по большей части пол покрывали яркие тканые коврики из толстой шерсти, которые можно было легко заменить, когда они снашивались. Стены, выкрашенные в мягкие, теплые цвета, сглаживали мрачный эффект излишка камня.
Жилая комната, в которой сейчас сидели чародеи, была обставлена несколько богаче. Помимо книжных шкафов, протянувшихся вдоль стен, здесь стояли два глубоких кресла по обе стороны камина и небольшой столик — прямо перед огнем. В другом углу было место Каза — огромная куча матрацев, одеял, подушек, ковриков и овечьих шкур, которые дракен собирал годами и в итоге устроил себе гнездо, в котором уютно сворачивался по вечерам.
Несколько раньше сегодняшним днем, когда Вельдан вернулась домой, она, к своему восторгу, обнаружила, что там чисто и прибрано: гораздо чище, чем перед ее уходом… Одежда была выстирана, зашита и аккуратно развешана, а в камине горел благодатный огонь. С кухни доносились аппетитные запахи, и на столе девушка обнаружила большую корзину. Здесь был суп в горшочке, бутыль доброго эля из трактира, миска жаркого, здоровый ломоть вишневого пирога, буханка хлеба, большой кусок сыра и свежие яблоки и сливы.
Поверх всего этого лежала записка.
Вельдан улыбнулась.
— Милая, добрая Аили. Вот кто настоящий друг, — сказала она Казу, который как раз просунул голову в кухню.
Войти он не мог, поскольку это помещение предназначалось для человеческих пропорций.
—
—
Он исчез за дверью как раз в тот момент, когда постучался Элион. В руках он держал корзинку. Вельдан усмехнулась.
— Аили?
— Аили. Эта женщина стоит алмазов по своему весу.