– Не знаю, что ты ей наговорил, но перед смертью Риана считала тебя настоящим другом, а раз уж так, я расскажу, как всё было, хотя бы из уважения к ней. Нападение произошло на следующий день после моего ранения, тогда караулил Бограт, потому умер первым, от стрелы. Всё, что ему удалось сделать перед смертью, это прокричать, чтобы мы обратили внимание. В тот момент я пытался остановить Риану, но разве она хоть кого-то слушала, когда дело касалось её младшего брата? Из-за этой проклятой раны на ноге я не то, что мог кого-то защитить, я даже её руку не успел поймать… Мне оставалось лишь надеяться, что хотя бы Риану оставят в живых, девочек редко убивали, да и в отличие от меня она всегда выступала против воровства и грабежей, но кто ж знал, что увидев своего брата мёртвым, она воткнёт нож солдату в горло… Вот, в общем-то, так и закончилась… наша история.
– Очень жаль… в глубине души я надеялся, что с вами всё хорошо.
– Я с тобой разговариваю откровенно, всё равно после этого разговора мы, надеюсь, больше никогда не встретимся. Теперь твоя очередь: ты действительно думал о нас, и как ты говоришь, надеялся? – без какой-либо веры в слова Арлена, спросил тень.
– Не веришь?
– Нет. Тебе только Риана верила, и я до сих пор не могу понять почему.
– Последние годы меня неизменно преследовала одна мысль: что я действительно хорошего сделал за свою жизнь? До этого момента мне казалось, что хоть одно хорошее дело мне удалось. Я помню с какими искренними глазами Риана мне рассказывала о своих мечтах, сам того не замечая, я вдруг всей душой захотел чтобы она нашла своё счастье. Для Рианы её мечты были важнее всего, а значит, казалось, и я сделал что-то важное, помогая их сохранить.
– Ты что, заранее текст подготовил? – недоверчиво ухмыльнулся Елеазар.
– Я просто долго думал… об этом. Мне самому интересно, почему я помог, и что самое странное, почему я был настолько рад этому. Может это и вовсе была единственная вещь, которая отличала меня от обычных жадных торгашей.
– Кто бы мог догадаться, что за маской жадного торговца скрывается такой мыслитель, – всё ещё продолжал язвить тень.
– Что ж, верить или не верить дело твоё, я и так рассказал больше, чем хотелось бы. Если подумать, то за последний десяток лет ты первый с кем я разговариваю настолько откровенно.
– Раз уж для тебя так важно знать цену своего поступка, то подкину от себя ещё одну мысль: даже если Риана уже мертва, это не принижает и не меняет твоего поступка. Ты сделал хорошее дело, остальное не от тебя зависело, а лишь от меня. К тому же, как видишь, я всё ещё жив, хоть это и спорный плюс.
– Выходит я спас тебе жизнь, а ты мою чуть не угробил? Неплохо получилось.
– Ну… я тоже дал тебе новую жизнь. Разве ты не стал другим человеком, когда пересилил страхи? – съязвил тень.
– А… так это была благодарность, – иронично проговорил Арлен, мельком взглянув на полумёртвых стражников. – Прости, я не сразу понял.
– Хм… – мелькнула улыбка на лице Елеазара. – Может ты и не настолько плох… был когда-то. Насчёт стражников не переживай, они скоро очнутся.
– Я тут подумал, – вновь серьёзно заговорил торговец. – А как ты выжил? Тебе удалось сбежать?
– Нет, вместо бегства я бы лучше предпочёл умереть рядом с Рианой, но, кажется, судьбе это не понравилось. Честно говоря, мне до сих пор непонятно что произошло дальше, я ничего не помню кроме тёмно-синего свечения из ладони правой руки и ужасного жара по всему телу. После того случая у меня остался лишь чёрный рисунок совы на ладони, и больше ничего, – договаривая, раскрыл Елеазар ладонь.
– Не может быть… – торопливо подошел торговец к телеге и начал что-то искать. – Вот, попробуй сравнить, – протянул Арлен древний пергамент с рисунком совы.
– Хм, эти рисунки зеркально похожи, – скрывая удивление, произнёс тень. – Что тут написано?
– Уже много лет орден познания собирает древние пергаменты с подобным рисунками, если кто и может что-то знать, то только они.
– Благодарю. Может когда-нибудь наведаюсь к ним, если не подохну, – отдал Елеазар рисунок и неторопливо направился к лошади.
– Вижу, ты как всегда немногословен Елеазар.
– Не хочу копаться в прошлом… но, кажется, тебя нисколько не удивляет вся эта хмарь про странные рисунки и тёмных духов, – забираясь на лошадь, говорил Елеазар.
– Не мне об этом думать… встреться с Елифаном, главой ордена познания. Скажи, что ты от меня.
– Пока что у меня есть дела поважнее. Не знаю, что за чертовщина со мной произошла, но этого явно недостаточно, чтобы я начал верить во всякие бредни, – готовый к пути, договаривал Елеазар. – Что ж, а теперь прощай.
– Подожди, – приближаясь к лошади тени, проговорил Арлен. – Ради интереса всё же спрошу. А если бы я не представился, ты бы меня убил?
