Оборотень повернул голову и оценивающе уставился на Его Сиятельство Алвира Гелерштайна. Ибо кто еще, как не правящий граф, мог позволить себе такое безумие?
— Благодарю, — четкий и внятный ответ зверя заставил людей изумленно загомонить. — Но я предпочитаю, когда меня называют Вервульфом.
В наступившей тишине особо отчетливо прозвучало ворчливое «позер!» и легкий шлепок по холодному носу.
Фассат закатил глаза, женщина, держащаяся в седле рядом с некромантом, побледнела, а оборотень, насладившись произведенным эффектом, вернулся в человеческую ипостась.
— Ваше Сиятельство, — он обозначил вежливый кивок. — Рад видеть вас в добром здравии.
— Рад знакомству с вами, — церемонно ответил граф Алвир. — Вервульф, оборотень с душой человека.
— Что вы их слушаете? — Выкрикнул один из храмовников. — Солэра коварна, ее твари говорят, как люди, но людьми от этого не становятся!
— Вы сами видели, — отрезала спутница Алвира. — Оборотень не тронул девушку. Более того, по ее слову вернулся в человеческое обличье!
— Да она сама такая! — Издевательски рассмеялся другой паладин.
Алвир нахмурился и поднял руку, но Юни покачала головой.
— Это не те слова, что способны меня оскорбить. Свободный народ — для меня образец для подражания. Сила зверя, страсть человека, верность волка, честь настоящего рыцаря.
«Ты себе случайно не подбираешь девиз?» — Ехидно осведомился Крейг. — «Долго еще ваши реверансы будут длиться? Пусть дадут место, я хочу сесть.»
Юни подавила улыбку и повернулась к Алвиру.
— Граф, мой друг просит освободить ему место для посадки.
— Вы говорите о том диковинном звере, что парил в небе над замком? — Уточнил граф.
Несколько коротких приказов, и во дворе осталось не так много человек. Сопровождавший Алвира отряд просто арестовал всех стражников. Отряд из пятнадцати паладинов тоже был задержан до выяснения обстоятельств. Проблема заключалась в том, что большинство воинов Солэра искренне считали, что их пригласили избавить родовое гнездо от злокозненного колдуна и его пособников. Номинально они подчинялись только мейстеру, а присутствие оборотней и спокойная реакция Его Сиятельства и вовсе накаляли обстановку.
Крейг, приземлившийся посреди двора, остудил многие горячие головы. Связываться с бронированным летающим зверем, который к тому же свободно дышал огнем, безумцев не нашлось.
Впрочем, стоило кому-то только открыть рот, как загадочная спутница Алвира тихо и веско повторяла «Именем императора.»
Венджер догнал графа, когда тот уже пересек двор. Но обратился не к нему, а к его знакомой.
— Моя лара, я осмелюсь предложить вам свою помощь.
— С чего вы взяли, что мне нужна ваша помощь? — На аристократическом лице мелькнуло удивление.
— Вы же не собираетесь определять, насколько верен Его Сиятельству тот или иной слуга подручными методами? — С нажимом выделил Венджер. — Я маг, и маг сильный. При всем моем уважении, мастер Фассат некромант, значит, едва ли будет полезен при общении с живыми.
Лара открыла рот, чтобы возразить, но промолчала. Ее светло-голубые глаза впились в лицо Венджера. Наконец, она медленно кивнула и тут же уточнила.
— Чем вы гарантируете свою добросовестность?
— Меня пытались убить по приказу мейстера, — напомнил Венджер. — С Его Сиятельством я не ссорился, хотя он едва ли оставит меня на службе.
— Чего вы хотите за свою помощь? — Резко спросила женщина.
— Место придворного мага императора.
— Император и сам маг, — напомнила аристократка.
— Да, но его основная задача — править, а не колдовать, — возразил маг.
— А почему вы решили, что я смогу вам помочь?
— Потому что вы принадлежите к правящей династии, — усмехнулся Венджер. — Ваше слово имеет вес.
— Я замолвлю за вас словечко перед братом, — проговорила аристократка. — Но вам придется немало потрудиться. И не только сейчас.
С помощью второго мага дело пошло куда быстрее. Большая часть замковой челяди оказалась чиста перед своим господином; многие и вовсе были рады его возвращению.
В течение часа удалось определить стражников, которые вели поиски Его Сиятельства по приказанию Гираса. Участь их оказалась незавидна — измена во все времена каралась жестоко.
Переговоры с паладинами вела лара Танира, родная сестра императора. О чем они говорили неизвестно, но после беседы храмовники сменили стражников на внешних постах.
Кунса заперли в дальней камере, обвинив в преступлении против династии.
Юни с Бланкой в процессе разбирательств не участвовали, практически сразу вернувшись в комнату Юноны.
Работа кипела, повальная чистка шла рекордными темпами — встреча с главными заговорщиками была впереди.
В замок Гелерштайнов гости возвращались затемно. Выезд прошел успешно, слуги везли двух подстреленных кабанов, десяток кроликов и крупную лису. Гирас уже представлял, как из густого меха изготовят накидку, которую он поднесет ларе Амалии.
В целом, задумка мейстера удалась: внимание дворян переключилось на развлечения да насущные заботы, и все реже в разговорах поминали Алвира Гелерштайна. Время удалось выиграть, а через некоторое время вопрос и вовсе станет неактуален.
