— Два больших шатра и трех красивых девушек. Пару котлов риса еще.
Баяр решил брать все, что дадут.
— Нет у нас девушек, огнеликий. Помилуй, откуда? Все сосватаны, а сам знаешь, разбивать браки – немыслимое преступление.
— А вдовы есть? – встряла Женька. – Молодые?
— Есть, как ни быть. Только детные все. Негоже мать от детей отрывать.
— А с детьми еще и лучше, – сверкнул глазами Баяр. – Значит, не бесплодные. К тому же дети – это свято. Показывай своих вдов.
Старик закатил глаза, но рукой махнул, и через несколько минут перед кохтэ предстал целый ряд женщин: все, как одна оборванные, чумазые и уже в возрасте. Некоторые и вовсе старухи.
— Не пойдет, – снова бойко влезла Женька, которой озадаченное молчание Баяра ясно дало понять, что он не против ее вмешательства. – Зачем нам ваши старухи? Шерсть прясть и коз доить? Нашим воинам жены нужны, а не мамки.
— Жены? – удивился старик. – Не рабыни, не наложницы бесправные?
Женька усмехнулась и качнула головой:
— Нанэ, покажись!
Вперед выехала красивая молодая женщина на ладной рыжей лошадке. Черные косы, смеющиеся глаза, широкая кожаная лента на лбу, лук под грудью, легкая сабля на бедре – специально для нее выковал Айрат, за воительницей трепетно ухаживающий.
— Десятница наша. Чтоб вы понимали: женщина у кохтэ никогда не была и не будет бессловесной скотиной. Ни одному мужчине я не позволю рабыню взять. Только – жену.
— Ишь, грозная. Кто такая?
Женька прищурилась и рукой в сторону костров махнула, проделывая свой любимый фокус. Вот вам – огонь пожирающий. Поглядите, красота какая!
Тирахи взвыли, бросаясь тушить вспыхнувшую траву, а Женька самодовольно заявила:
— Я – жена Баяра-ах.
— Если жена у него такова, то каков же молодой хан? – уважительно склонил голову старик. – Ай, прости неразумного, сейчас поправлю дело. И с такими великими воинами – воевать, да еще по осени? Сберегли нас мудрые предки, сам отец-солнце руки наши от сабель да луков отвел!
Суматошно размахивая руками, старик разогнал свой престарелый курятник, а затем сам лично за руку с десяток дев привел, причем, кажется, не только вдов.
— Вот, внучка моя, – гордо толкнул хорошенькую девчушку в спину. – Разве не красавица? Кто из доблестных воинов готов ее женой взять?
“Если бы в этом мире были евреи, этот дед явно бы к ним относился, – весело подумалось Женьке. – Вот же жук навозный. То у него баб нет, то внучку свою сватает!”
— Разве твоя внучка овдоветь успела?
— Как есть жених погиб у нее, – не моргнув глазом, соврал старик. – А сам Баяр-ах вторую жену взять не хочет?
— Не хочет, – мгновенно нахмурилась Женька. – Ему и одной более чем достаточно.
Баяр фыркнул тихо, спрыгивая, наконец, с коня. Женька мгновенно заткнулась.
— Мы берем трех вдов с детьми, – сообщил молодой хан. – Внучку твою – разве что довеском. Да и то – если сама согласится. Ты согласна, девочка?
Та испуганно покачала головой. Эх, будь у него побольше времени, Баяр бы ее уговорил – его воины такую девчушку на руках бы носили по очереди, да к тому же породниться с этим станом вовсе не помешало бы, но сейчас было совсем некогда. И без того переговоры эти неожиданные его сильно напрягали. В следующий раз лучше Нарана высылать вперед – он тот еще болтун. Пусть договаривается о дани, и тогда кохтэ объедут стороной своих данников.
Трех вдов выбрали быстро, овец и коз пригнали мигом, золотые украшения, видимо, стариком были приготовлены заранее.
Женька, тоже уже с коня спрыгнувшая, подошла к мужу и тихонько ему сказала:
— Надо бы знак им какой оставить. Чтобы ненароком их в следующий раз не задеть.
— Верно, – кивнул он. – Придумаем, – а старику бросил, – через несколько дней посланник мой приедет, вон тот – рыжий. Привезет вам знак от меня, что вы теперь в безопасности. Больше не тронем.
— В этот год, – уточнила Женька.
— В этот год, – усмехнулся Баяр.
— А в следующем году мы еще дары подготовим, – понимающе закивал старик. – Славно, славно.
Женька фыркнула. Воины, посмеиваясь, пообещали на следующий год внучку старика непременно забрать с собой, если дождется, а Баяр, окинув взглядом явно богатый стан, пытался понять – почему столько здоровых сильных мужчин предпочли принести унизительную дань, а не сражаться.
Да, баярова сотня нанесла бы немалый ущерб. Многие воины простились бы с жизнью, были бы и раненые. Возможно, пострадали бы и женщины, хотя кохтэ очень старались ни женщин, ни детей не трогать. Но все это – обычная жизнь обычного народа. Неужели лучше выглядеть в глазах врага трусами?
— А они хорошо придумали, – откликнулась Женька в ответ на его мысли. – Убили двух зайцев сразу. И добро сберегли, и уберегли свой народ от разрушений.
— Сберегли? – наморщил лоб Баяр.
— Ну да. Мы бы явно больше забрали. И потоптали бы. И поломали. А тут – малой кровью отделались. Знаешь, Баяр, а это мысль: перед набегом засылать в стан к врагу вон хоть Нарана. И предлагать – или откуп, или ждите нас в гости.
— За что ты так не любишь моего друга? Его убьют еще на подходе. А если и не убьют – к нашему приходу все ценное попрячут и встретят нас тучей стрел.
