В деревню пришли к обеду, нас встречали дети, звали родителей, кричали что пришел лекарь и его спутник. Вышли жители деревни, провожали в лавку и просили помочь и лишь один из встречавших жителей, был настроен против нашего присутствия, тот самый заклинатель, сопровождавший учеников, встретившийся нам с Ширу в лесу. Он приготовился напасть, в руках талисманы, наполняемые силой. Он не понимал, почему меня не боятся, пытался их вразумить:
- Он - дух! - но его мать и отец отмахнувшись, сказали:
- Мы знаем, он сказал, что умер и стал духом. Но дело свое не бросил, вернулся, - его поддерживали остальные жители. Заклинатель не понимал почему. Слово взял его отец, сказав:
- Лиссиль лекарь, помогал нам, приходил, когда был нужен, никому не отказывал. Он пришел в нашу деревню в разгар болезни, с первого взгляда определил отравление, вылечил всех за несколько дней, а потом остался с нами, - за меня вступилась его мать:
- За это время столько родов принял, переломов вылечил, нам все равно кто он, - сказала женщина, знающая через что пришлось пройти многим девушкам. Ее поддержал отец, показал на руку, а там шрам. Рассказал свою историю, а я помнил, как тяжело дался мне тот перелом. Как раздробились кости, порвались сухожилия.
Все жители рассказывали истории, показывали шрамы, а матери взрослых детей, меня поддержал весь город. Встали на защиту, закрывая спинами и держа меня руками, но я готов был в любой момент скрестить с ним клинки, принять бой. Он видел их, жителей, стоящих за меня горой и не мог понять:
- Как так? Тебя защищают, почему?
Дальше пошли воспоминания, как приходили светлые монахи, очищали город и лес, охотились на нежить, а на деле оказались мясниками, не разбирая разворотили гнездо невинных гарпий, перебили половину, еще половину из выживших оставили без родителей. Только заклинатель не верил, но я его не виню, трудно в такое поверить, когда ты всю жизнь отдал на то, что охотишься на нежить и духов, видел множество трюков и способов запутать разум.
- Сын, - положил руку на плечо его отец, - они хорошие. Защищают нас. Наши земли стали спокойнее, люди не пропадают, не сбегают с плантаций, неся конечности и внутренности, - добавив, - не все духи злые.
- Я не святой, - сказал заклинателю, вспоминая наши с Ширу уроки и охоту, особенно мой слетающий во время охоты барьер самообладания и рассудка, - я пожираю духов и нежить, это правда. Но лишь тех, кто забыл приличия и мораль. В тот день в лесу, вы видели меня, я вас помню. Мы сражались с тем духом, я оказался сильнее, уничтожил оболочку, съел душу и поглотил его силы, очистил лес от его иллюзий и ловушек.
- Это бред! - не мог смириться с этим заклинатель. Он видит во мне лишь духа, способного уничтожить всех рядом с ним стоящих. Он хочет их защитить, мне знакомо это желание. В разговор вступает Ширу, все это время стоящий неподалеку, не привлекая внимания заклинателя, ему и меня хватило:
- Не верь всем свои трактатам, историям и лживым легендам, верь глазам и словам жителей, просящих тебя разобраться. Так должен поступать заклинатель. Вы - защитники людей, а не старики на лавочке, бубнящие под нос небылицы и сказки.
- Багровый князь! - воскликнул заклинатель, шарахнулся как от прокаженного.
- И что такого? Живу я тут, - рука по-прежнему на моем плече.
- Ширу, не ворчи, - дал ему корзинку с продуктами, - лучше отнеси домой, - он взял ее из моих рук, наклонившись к уху шепнул, чтобы я не задерживался и приходил домой. Я нахмурился и лишь кивнул. Он ушел, а я спросил у заклинателя: - сражаться будем?
- Нет. Я за тобой слежу, - ответил мне тот, и у меня отлегло от сердца. Кровопролитие отменяется. Жалко было бы убивать сына на глазах пожилой пары. Я тут же обворожительно улыбнулся, а вокруг меня забегали дети, держат за волосы, наклоняюсь к ним, раздаю пирожки и печенье, окутывая их водопадом волос, дети смеются, перебирают пряди пальцами и радуясь кричат:
- Силь, косички, косички, - дети предлагают меня заплести, я не против.
- Ладно, - соглашаюсь, меня тут же окружила стайка смеющихся детишек, взяла за руки и повела по дороге. Пришли во двор пекаря, в том числе и его дети меня закружили, привели и посадили на лавочку, устроили конкурс, кто красивее заплетет Силя. У всех подручные средства, гребешок, ленточки, бусинки и цветочки. Взяли по пряди и приступили. Усердно и с энтузиазмом, высунув язык, переплетали пряди, вплетали украшения и хвастались.
- Готово! - каждый показал мне свое произведение искусства, а за труд получил пирожок и чмок в макушку. Ушел домой с косичками, разных размеров, ширины и по-разному украшенных. Войдя в дом, закрыв дверь, услышал смех духа и вопрос, что со мной случилось:
- Дети, - он посмеялся, а я провел по волосам, пару раз тряхнул головой, окружил себя фиолетовой дымкой, все украшения и старания ребятишек пропали, волосы расплелись и снова стали свободно спускаться по спине и плечам. Ко мне подошел Ширу, со словами:
