Хойзер решительно прошел мимо него, сделав знак рукой следовать за ними. Кое от кого ощутимо пахло алкоголем. Шоссау прошел с ними несколько переулков. Хойзер внезапно остановился и объявил, что это и есть сама история Флорштадта и ее надо беречь, сохранить живой для потомства. Хм, сказали остальные и продолжили марш по переулкам. Шоссау ровным счетом ничего не понял. Он спросил господина Мулата, какова цель их действий. Ну, видите ли… сказал Мулат, это надо так понимать. Я, впрочем, не имею к этому никакого отношения. Я совершенно случайно оказался в «Липе», я думаю, мы все там оказались случайно, а потом вдруг все поднялись и зашумели, сказав, это надо немедленно выяснить, время не терлит, особенно активен был Хойзер, все кричал, что нельзя упускать время, причем ему, Мулату, вообще было неясно, какое такое время нельзя упускать, но всем почему-то это казалось очень важным, они повскакали с мест и помчались куда-то… Собственно, до этого разгорелся спор… Шоссау: по какому поводу? Мулат: ну, в связи с этими двумя… фракциями. Шоссау: какими фракциями? Мулат, доверительно отводя его чуть в сторону: Рудольф ужасно сцепился перед этим с Куном (тот был пьян в стельку). Кун верховодил среди сторонников версии Кубелаков, а Рудольф поднимал его при всех на смех. Кун даже до того договорился, что стал утверждать, будто все большое семейство Адомайтов могло жить после продажи земли на Фридбергер-штрассе, вложив в эту фирму свои деньги. Но кто же поверит, что старый Адомайт вложил сюда деньги? Он же презирал банки и считал деньги величайшим грехом человечества, по крайней мере говорил об этом при каждом удобном случае. Шоссау: подобной глупости он еще никогда не слышал. И это однажды сказал Адомайт? Мулат: он утверждал это всю свою жизнь, так, по крайней мере, уверяет Мунк. Шоссау: ах, вот что. Мулат: он, Мулат, действительно находит все это чрезвычайно интересным. Столько довелось узнать про этого Адомайта! Да, он был немногословен, как говорят, но после смерти его немногословность обернулась для всех красноречием. Мы все предстанем когда-нибудь перед Судом, но общественность ведь тоже хочет знать, никто не должен ничего замалчивать, так, что ли, Рор, сказала твоя жена об этом сегодня утром. Рор повернул к нему красное лицо и посмотрел на него бессмысленным взором, продолжая свой разговор с Мунком, который вел до того. Через некоторое время они остановились у ворот здания каменоломен Кубелака на Фридбергер-штрассе. Ну, вот сейчас и посмотрим, сказал Хойзер и позвонил в дверь. Шоссау оставил людей за их занятием и пошел дальше своим путем. Они все спятили, подумал он. Между прочим, позднее, во время празднования Духова дня, стало известно, что фракция Кубелаков потерпела поражение по всей линии фронта. В учетных книгах фирмы «Кубелак» вообще не содержалось ни малейшего упоминания о том, что Ддомайты владели когда-либо этим участком земли. Все это были сплошные выдумки. Только один Кун упрямо продолжал верить в этот вымысел. Но в Духов день курсировал еще и другой слух. Рассказывали, что священник Беккер побывал в больнице во Фридберге и соборовал старую Штробель. Об этом рассказывали в мельчайших подробностях. Штробель якобы все время кричала, я
