Обычно списки вывешивают через несколько дней после прослушивания прямо на двери кабинета литературы или актового зала.

– Брэндон? – предполагаю я неуверенно. – Похоже, он во всём первый в этой жизни.

Ты усмехаешься.

– А зря ты всё-таки не пошел, – добавляешь уже серьезно.

– Ну не начинай, – умоляю я.

– Правда же. Я хочу послушать, что бы ты показал Прикли на прослушивании.

– Я и не готовился.

– Арго, ну давай. Живее! Дама ждёт, – ты усаживаешься поудобнее, сгибая ноги в коленях, и театрально задираешь подбородок так высоко, что, кажется, действительно становишься важной особой.

– Дама… – бурчу я недовольно, становясь перед тобой, будто выхожу на сцену, – я не буду слишком оригинален, – предупреждаю я и прочищаю горло.

Ты молчишь, но выжидающе смотришь на меня снизу вверх.

– Быть или не быть, вот в чём вопрос.                                         Достойно льСмиряться под ударами судьбы,Иль надо оказать сопротивленьеИ в смертной схватке с целым морем бедПокончить с ними? Умереть. Забыться.И знать, что этим обрываешь цепьСердечных мук и тысячи лишений,Присущих телу. Это ли не цельЖеланная? Скончаться. Сном забыться.Уснуть… и видеть сны? Вот и ответ.

Я вижу, что ты не смеёшься, даже не улыбаешься, хотя ждал именно такой реакции. Напротив, ты слушаешь внимательно, внимая каждому моему слову.

– Какие сны в том смертном сне приснятся,Когда покров земного чувства снят?Вот в чём разгадка. Вот что удлиняетНесчастьям нашим жизнь на столько лет.

Ты чуть подаёшься вперед, на секунду переводя взгляд на что-то позади меня, но потом снова возвращаешься на прежнее место.

– А то кто снёс бы униженья века,Неправду угнетателей, вельможЗаносчивость, отринутое чувство,Нескорый суд и более всегоНасмешки недостойных над достойным,Когда так просто сводит все концыУдар кинжала! Кто бы согласился,Кряхтя, под ношей жизненной плестись,Когда бы неизвестность после смерти,Боязнь страны, откуда ни одинНе возвращался, не склоняла волиМириться лучше со знакомым злом,Чем бегством к незнакомому стремиться!Так всех нас в трусов превращает мысль,И вянет, как цветок, решимость нашаВ бесплодье умственного тупика,Так погибают замыслы с размахом,Вначале обещавшие успех,От долгих отлагательств. Но довольно!Офелия! О радость! ПомяниМои грехи в своих молитвах, нимфа[21].

– Арго, – зовёт Прикли, стоящий в проходе кабинета литературы и серьёзно глядящий на меня, – на минутку, – просит он, кивая мне.

– Мистер Прикли, я… – мне почему-то хочется оправдаться, но он не даёт этого сделать.

– Всего минута.

Я захожу в кабинет, закрывая за собой двери. Ты непонятно смотришь нам вслед. А в конце и вовсе хитро улыбаешься.

* * *

– Что нового, мой принц? – издеваешься ты, когда мы встречаемся на следующей перемене в коридоре у шкафчиков.

Я ничего не отвечаю, пытаясь обдумать произошедшее в кабинете Прикли.

– Мой милый Гамлет, сбрось свой чёрный цвет,Взгляни как друг на датского владыку[22].

– Это ты, что ли, датский владыка? – ворчу я мрачно, кладя учебник на полку.

Ты довольно усмехаешься. Я же остаюсь серьёзен.

– Ты знала, что Прикли был в кабинете?

– Конечно, – отзываешься ты как ни в чём не бывало.

– И что он наверняка услышит меня?

– Пожалуй, – хмыкаешь ты в ответ.

– И ты видела его за моей спиной, пока я говорил?

– Очевидно, что так, – ты закрываешь шкафчик, взяв всё необходимое. – И только попробуй сказать, что я была не права.

Я морщусь от недовольства.

– Так он предложил тебе роль?

Снова морщусь, только теперь от нежелания признавать твою правоту.

– Да, – отвечаю я смущённо и в то же время неохотно.

– И ты согласился?

– Я сказал, что подумаю, но не то чтобы у меня есть выбор.

– Да брось, Арго, я же знаю, что в душе ты ликуешь. Ну признайся!

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Young Adult. Инстахит

Похожие книги