Духовная война полностью

— Ну, нельзя быть уверенным, но, пожалуй, это звучит так, как я бы сказал.

Она смотрела на меня ещё одно большое мгновенье, затем резко откинулась.

— Бред, вам не кажется? – она потёрла глаза. – Ну ладно, не буду в вами спорить. Она читала ваши книги. Мы прошли точку невозвращения. Надо просто попробовать это сделать.

— Мистер МакКенна, можно взять у вас интервью для моего летнего сочинения? – Нет.

— Почему нет?

— Я не знаю.

— Но почему ответ «нет»?

— Потому что он не «да». – Вы дразнитесь?

— Нет, так только кажется. Я обращаюсь с тобой с уважением. Ответ «нет», потому что он не «да».

— Значит, если бы ответ был «да», это было бы потому, что он не «нет»?

— Нет. Если бы ответ был «да», он был бы «да», потому что на это было бы указано.

— Значит сейчас указано на ответ «нет»?

— Только потому, что на ответ «да» не указано.

— Как указано?

— Не знаю.

— Но вы знаете, когда на что-то указано?

— Да.

— Вы не можете просто подумать и выдать собственный ответ?

— Конечно могу, и ты можешь надеть повязку на глаза и идти по жизни, нащупывая дорогу тросточкой, но для чего? У тебя есть глаза.

— Я хотела попросить дедушку помочь мне с этим. Я промолчал.

— Он и моя мама могут помочь мне задать хорошие вопросы и понять ваши ответы. Я промолчал.

— Как вы думаете, это могло бы изменить ваше решение?

— Не было никакого решения, только наблюдение.

— Могло ли это изменить ваше наблюдение?

– Конечно.

— Правда?

— Не знаю.

— Но ответ может быть другим завтра?

— Конечно.

— А через десять секунд?

— Конечно.

Через десять секунд.

— А теперь на это не указано?

— Нет.

— Могу я вас завтра спросить об этом?

– Не знаю.

Несколько секунд она смотрела на меня.

— Мы ведь уже начали, не правда ли?

— Похоже, что так.

— Значит, на это должно быть указано.

— Должно быть.

— Можно спросить, как на это было указано?

— Что мы уже начали.

Она весло хихикнула.

— Muchas gracias, senor.

— De nada, senorita[13].

— Полагаю, мы ещё поговорим с Мэгги, – сказал я Лизе, когда Мэгги отправилась спать. – Вы должны всегда присутствовать, и мне бы хотелось иметь копию её записок на тот случай, если они понадобятся для книги.

— Да, хорошо, конечно. Спасибо, что были так снисходительны и уравновешены. В последнее время я не чувствую себя уравновешенной.

— Всё идёт так, как идёт. Я уверен, вы в курсе, что если дело дойдёт до тяжбы за опекунство, они обвинят вас в поклонении грязному культу, и вы никогда больше не увидите своих детей без присмотра?

— Да, – сказала она уныло, – но здесь мы тоже прошли точку невозвращения.

Она обвела рукой окрестности.

— Мы уже живём в ваших владениях.

Я работал, Лиза ёрзала. Нелёгкое это занятие – ничего не делать – для того, кто привык одержимо занимать себя каждую минуту бодрствования с тех пор, как начал ходить и говорить. Усилия, которые Лиза прикладывала, чтобы сидеть тихо и не мешать мне, были осязаемы – они как пульсирующий гул наполняли пространство. И хотя она не двигалась и не производила шума, её энергия заставляла мой ум вибрировать.

А может, тому виной были лекарства.

Было за полдень. Мы сидели возле бассейна за моим рабочим столом. Майя дремала пузом кверху в одном из шезлонгов. Мэгги проводила эти дни с друзьями в общественных бассейнах или где-то ещё. Сегодня у мня уже было достаточно неприятностей, и я начал снова приходить в своё комфортное состояние, когда Лиза, бесцельно шатавшаяся по двору, подошла и села рядом с такой натужной непринуждённостью, что попытка не скорчиться заставила меня скорчиться. Я прочёл одно и то же предложение пять раз, прежде чем осознал, что смысла в этом нет. Ещё несколько минут я сохранял вид занятости, наслаждаясь её дискомфортом. Она продержалась на минуту дольше, чем я предполагал.

— Я могу помочь вам с записями, – сказала она наконец, – или ещё с чем-нибудь. Я слегка кивнул, не отрываясь от экрана.

— Не за плату, конечно, просто чтобы быть полезной, – добавила она.

Я не отвечал.

— Я изучала английский в университете, – сказала она минутой позже. – Хотела даже преподавать.

Я кивнул с отсутствующим видом.

— Я очень организована, и я довольно хороший корректор: у меня много опыта с юридическими документами и корреспонденцией.

— Да, окей, – пробормотал я, – посмотрим.

— О, конечно. Как вам будет угодно.

Я наблюдал её дискомфорт ещё пару минут.