Так был разоблачён внутренний двенадцатилетний мальчик. Вот так этот умный, образованный, кажущийся выдающимся человек, увидел, как разоблачаются его выдумки, словно ребёнок, пойманный учителем за обман.

— В противоположность особому процессу? – спросил я.

— Нет, это тоже был своего рода процесс. Я делал что-то такое, когда попадал в интроспективное состояние, ну, время от времени. Типа, я спрашивал себя, кто переживает это? Кто разговаривает с Джедом сейчас? Кто загорает на солнце в этот прекрасный день?

Я был не слишком удивлён, услышав о слабом и неэффективном методе самоисследования Боба – свидетельствование в самой умеренной и наименее разрушительной форме. Я не делаю вывод, что если бы у меня был тот же разговор с любым из тысячи случайно выбранных приверженцев Раманы, я получил бы те же ответы, но полагаю, что ни один из них не был бы пробуждённым. И хотя я не думаю, что многие будут заявлять, что пробуждены, полагаю, большинство или все будут настаивать на реальном прогрессе в этом направлении.

Взгляд на Раману Махарши и его самоисследование предоставляет нам очень ясную перспективу на это явление, но теперь, когда мы знаем, что ищем, мы можем поднять планку, расширить перспективу и выбрать наугад из всех духовных искателей. Почему никто никуда не идёт? Потому что все убедили себя, что идут кудато. Почему? Потому что так говорят их духовные мастера и инструкторы. Почему их духовные мастера и инструкторы говорят им, что они куда-то идут?

Чтобы подхалтурить.

Мы выбираем наших учителей. Мы получаем то, чего желаем. Мы хотим уютно, беспробудно спать и видеть сон о духовном прогрессе, и мы получаем это. Если бы всё, что Рамана когда-либо сказал, было Спроси себя, Кто я?, если бы это было его ответом на каждый заданный ему вопрос, тогда он был бы совершенным учителем с совершенным учением, но никто никогда о нём не услышал бы, и мы сейчас его не обсуждали бы. Мы знаем о нём из-за тех тысяч вопросов, которые люди задавали ему, и тысяч ответов, которые он давал людям, но каждый из тех вопросов был в точности одним и тем же вопросом: Наружу? И каждый ответ, который он давал, был в точности одним и тем же: Да!

Самоисследование не было центральным учением Раманы Махарши. Это лохотрон, а мы лохи, выстроившиеся в ряд и жаждущие, чтобы нас обобрали. Но, как знает каждый мошенник и жулик, нельзя обмануть честного человека. Истинное центральное учение Раманы, если вы пожелаете откинуть занавеску и взглянуть, было Наружу. В реальном прогрессе нет вопросов и ответов, нет знания и учения, есть только продвижение или его нет.

Внутрь.

***

Действие книги «1984 год» происходит в государстве Океания, где девизом (который Томас Пинчон проницательно назвал «коанами искажённой формы дзен») было «Война — это Мир, Свобода — это Рабство, Невежество — это Сила». Океанией управляло четыре министерства, чьи названия «представляли вид бесстыдства в своём нарочитом переворачивании фактов». В Министерстве Любви занимались пытками и промыванием мозгов. Министерство Мира вело непрекращающуюся войну. Министерство Изобилия отвечало за ограничение поставок продуктов и товаров. Министерство Правды отвечало за ложь и пропаганду. Продолжая эту бесстыдную практику названий, мы можем взглянуть на наше собственное Министерство Пробуждения, духовный рынок, где мы найдём всех мудрецов, учителей, философов, учёных, усердно трудящихся, делающих в точности то, что наш Большой Брат, Майя, от них хочет. Обеспечивают, чтобы все продолжали крепко спать.

<p>20. Обыкновенные сверх-возможности.</p>

Молитва — это не праздное развлечение для старушек. Если правильно её понимать и применять, это самый мощный инструмент действия.

– Махатма Ганди –

В этой книге я уделяю большое внимание повседневной жизни человека, который пробуждён в состоянии сна – «осознанный сновидящий», который способен не от случая к случаю, а как само собой разумеющееся, формировать реальность своей жизни до такой степени и такими путями, что «неосознанный сновидящий» может принять это за фантастические выдумки. Конечно, так это выглядит с порядочной точки зрения, но у нас здесь нет времени для приличий. Я понял уже очень давно, что если бы мне нужно было чьёто уважение, то у меня бы не было своего собственного. Если мы хотим чего-то достичь или понять, все приличия должны быть отброшены, как пристанище страха.

Перейти на страницу:

Все книги серии Трилогия о просветлении

Похожие книги