При св. Феодоре Едесском был также спор у христиан с евреями о Божестве Господа Иисуса Христа. От евреев спорил один их законоучитель. Много хульного говорил он на Христа, Бога нашего. Христиане молчали, а евреи громкими криками выражали свою победу над ними. Тогда святитель Феодор дал знак рукою, чтобы все замолчали; потом, обратившись к жидовину, сказал ему: «если бы ты предложил нам на обсуждение что-либо из книг Моисеевых, мы тогда стали бы отвечать тебе; но как ты говорил хульное сам от себя, говорил не то, о чем возвестили пророки, а то, что внушает тебе отец твой сатана, посему против всего твоего хульного многоглаголания скажу тебе одно вещание св. пророка Давида: немы да будут устны льстивые, глаголюшия на праведного беззаконие гордынею и уничижением» (Пс. 30, 19). И тотчас велеречивый законоучитель сделался безгласен; хульный язык его перестал говорить и связался немотою. После трех дней он написал к св. Феодору письмо, в котором просил у него милости соделать его христианином. Святитель, по оглашении, ввел его в купель св. крещения и крестил его во имя Пресвятой Троицы; и разрешился язык безгласного: он прославил имя Отца, и Сына, и Святого Духа, и исповедал Христа Сыном Бога живаго [107].
6. С IV-го века православным пастырям и учителям надобно было вести упорную борьбу с арианством. Ересь эта произошла от Александрийского пресвитера Ария, который богохульно учил о Сыне Божием Иисусе Христе, что Он Бог только но имени, а не по существу, и создан Отцом из ничего, как творение, и потому не единосущен и не соприсносущен Богу Отцу. В житиях святых нет таких исследований и глубокого богословствования, какие можно находить в опровержение этой ереси в творениях св. отцов; но можно находить примеры того, как Господь давал и простым, неученым такую премудрость, которой не могли противостоять и ученые противники истины Божественной, и особенно утверждал ее чудесными знамениями в посрамление ариан.
На первом вселенском соборе, бывшем против Ария, в числе собравшихся на собор святых был Спиридон, пастырь Тримифунтской церкви. Ария поддерживал один философ, очень искусный и хитрый в слове. С этим философом св. Спиридон и пожелал вступить в спор. Бывшие тут отцы отклоняли его от этого, боясь, что философ возьмет верх над ним, потому что святитель был не из ученых. Несмотря на это, св. Спиридон смело выступил на средину собора и стал говорить арианскому мудрецу: во имя Иисуса Христа, о философе, внимательно слушай, что я намерен сказать тебе. – Говори, – был ответ философа. Святитель поучал: един есть Бог, Который сотворил небо и землю, создал человека из земли и устроил все видимое и невидимое Словом Своим и Духом. Веруем, что сие Слово есть Сын Божий и Бог, Который, сжалившись над нашим заблуждением, родился от Девы, жил с человеками… Веруем, что Он есть единого естества с Отцом и равночестен Ему. Так мы веруем, и ты не дерзай испытывать, как это? потому что эти истины превосходят твой разум и превышают всякое познание. Потом святитель, немного помолчав, спросил его: не так ли и по твоему? – мудрец ничего не мог сказать против сего и ответил только: точно так! Поди же за мной и прими знамение веры. Философ, обратившись к своим друзьям, сказал им: когда спор был со мною на словах, я отвечал на все вопросы и мог удобно хитрить словами. Теперь же, когда вместо слов некая сила вышла из уст сего старца, – слова мои оказались бессильными против нее. Не может человек стать против Бога. Если кто из вас хочет последовать мне, тот да верует во Христа и последует учению сего старца [108]).
7. У императора Валента, зараженного ересью Ария, сделался сын смертельно болен. Мать его пришла к царю отцу и выговаривала, что он не право верует и напрасно оскорбляет православного архиерея (св. Василия Великого). Валент, призвав св. и Василия, сказал ему: если догматы твоей веры угодны Богу, то умоли Бога о здравии сына моего. – Если ты, царь, – сказал святитель, сам обратишься к православной вере и дашь мир церквам (православным), то сын твой жив будет и здоров. Царь обещался. Св. Василий помолился за сына царя, и он выздоровел. Ариане, услышав об этом, сильно возмутились и озлобились. Пришедши к царю, они говорили ему, что и они то же самое сделали бы, и так разубедили царя льстивыми речами, что он позволил им даже крестить своего сына; но лишь только ариане взяли его, как он умер на руках их [109].
