2. Один из фиваидских старцев рассказывал о себе, что он – сын жреца идольского, что, быв дитятею, он сиживал в храме и видел отца своего, приносящего жертвы идолам. Однажды, после того как отец вышел из храма, сын вошел тайно в храм, и увидел там сатану. Сатана сидел на троне; многочисленное воинство предстояло ему. И вот, приходит один из князей его и поклоняется ему. Сатана спросил его: «откуда ты?» Князь отвечал: «я был в такой-то стране, возбудил там войну и большое смятение, произвел кровопролитие, и пришел возвестить тебе». Сатана спросил: «во сколько времени сделал ты это?» Он отвечал: «в тридцать дней». Сатана велел бить его бичами, сказав: «столько-то сделал ты в такое продолжительное время!» – И вот, другой пришел и поклонился ему. Сатана спросил: «откуда ты?» Демон отвечал: «я был в море, воздвиг бурю, потопил корабли, умертвил множество людей и пришел возвестить тебе». Сатана спросил: «во сколько времени сделал ты это?» Он отвечал: «в двадцать дней». Сатана повелел и этого бить бичами, сказав: «почему ты в столько дней сделал так мало?» И третий пришел и поклонился ему. И этому он сказал: «ты откуда?» Демон отвечал: «я был в таком- то городе, там праздновалась свадьба: я возбудил ссоры и произвел большое кровопролитие; сверх того убил самого жениха и пришел возвестить тебе». Сатана спросил: «во сколько дней ты сделал это?» Демон отвечал: «в десять». Сатана повелел и этого, как действовавшего не ревностно, бить бичами. И еще один демон пришел поклониться ему. Сатана спросил: «откуда?» Демон отвечал: «из пустыни: исполнилось сорок лет, как там борюсь с одним из монахов, и едва одержал над ним победу: вверг его этою ночью в любодеяние». Сатана, услышав это, встал с трона, начал целовать демона, – сняв царский венец, который был на главе его, возложил на голову демона, и посадил его возле себя на престоле, сказав: «ты совершил великое и славное дело». Увидев и услышав это, сын жреца сказал сам себе: «чин иноческий, должно быть, много значит у Бога». Он принял христианство и вступил в монашество. («Отечник», еписк. Игнатия, стр. 480).
3. Однажды преподобный Нифонт видел, что дьявол подошел к человеку, который в поле занимался работою, пошептал ему что-то на ухо, чего рабочий совсем не заметил, и отошел прочь; потом подошел к другому, невдалеке работающему, человеку и этому что-то сказал на ухо; оба эти работника, оставя свою работу, сошлись вместе и разговорились; прежде говорили спокойно и ласково, потом забранились, а наконец, жестоко поссорились («Чет. – Мин.» 23 декабря).
4. Св. Никита, еписк. новгородский, был родом киевлянин и с юных лет вступил в печерскую обитель. Стремясь к высшим подвигам, он вскоре решился сделаться затворником, несмотря на все внушения настоятеля о преждевременности такого многотрудного дела для молодого инока, и действительно, подвергся в затворе горькому искушению. По внушению от дьявола, явившегося ему в образе ангела светла, Никита совершенно перестал молиться Богу, весь предался чтению книг ветхозаветных, начал принимать к себе приходящих, давать им советы, изрекать предсказания, и чрез то приобретать себе суетную славу. Никто не был в состоянии состязаться с ним в знании книг вет. завета, а евангелия и прочих книг новозаветных он не только не читал, но никогда не хотел ни видеть, ни слышать. Совокупные молитвы отцов печерских, между которыми находились – игумен Никон, Матвей прозорливец, Исаакий святой, Григорий чудотворец, Пимен постник и летописец Нестор, освободили несчастного инока от обаяний искусителя, – и Никита, покинув затвор и внезапно лишившись всех знаний, которыми тщеславился, начал снова учиться в обители и грамоте, и иноческой жизни. На этот раз он пошел путем истинного смирения, воздержания и послушания, и мало-помалу достиг того, что превзошел всех своею добродетелью. За высокую добродетель подвижник возведен был в сан епископа новгородского (в 1096 г.), и в течение 11 лет не переставал служить образцом благочестия для своей паствы. Господь удостоил Своего угодника еще при жизни дара чудотворений: двукратно он спасал Новгород от бедствий, – однажды своею молитвою свел дождь с небес во время продолжительной засухи: в другой раз молитвою же остановил страшный пожар, истреблявший город… (См. «о Никите затворнике» и в рукописных печерских патериках; так же Пол. соб. р. лет. 1, 109; 11, 3, 122, 179, 213).
