Попаданец в сериальный мир «The Boys», где-то в начале 2 сезона, в своем теле.Будут суперсилы, будет оригинальная жестокость, прокачка и канонная команда, маты, черный юмор.Не будет: гаремника, имба-героя, а также минимум романтики.
Ты берешь синюю пилюлю, и история заканчивается, ты просыпаешься в своей кровати и веришь в то что хочешь верить. Ты берешь красную пилюлю и ты остаешься в Стране Чудес. И я покажу тебе, как глубоко ведет кроличья нора.
— В общем, мы с ней после этого и переспали, — затушил сигарету, смачно втерев ее в снежную кашицу февральской погоды подошвой берец водитель нашей служебки. Губы лысоватого сержанта Лехи скривились в кривоватой усмешке. — Теперь ходит от меня, нос воротит. Как будто я виноват, что она так набухалась что сама в кабинет меня затащила!
— Пьяная баба — пизде не хозяйка, — гулко гоготнул патрульный, смачно сплюнув на землю. Он еще хотел что-то сказать, но осекся, когда увидел, как я выхожу из парадной вместе с экспертом, который осторожно сворачивал перчатки, чтобы не запачкаться в крови еще больше. Потому что знает гаденыш, что придется очень долго отписываться, если мужика, к которому они буквально пару часов назад приезжали, ограничившись стуком в дверь, врачи все-таки не вытянут с того света.
А тот туда очень стремился. Помогал ему большой кухонный нож, торчащий из легкого. Которым еще не старая, но уже очень сильно потасканная женщина, ткнула своего забухавшего сожителя. Тот не раз ловил белочку, и уже несколько раз порывался ее придушить. В последний раз ему даже практически это удалось. А ведь могли сразу забрать явного неадеквата, навесив ему хулиганку или хотя бы побои… Но, знал бы, купил биткоин за пару баксов. Теперь старшему сержанту очень крупно повезло, что жена алконавта попала не в левый, а правый бок, навесив на себя максимум тяжкие телесные.
Судимостей нет, только административки, значит скорее всего — условный срок. Если, конечно же не попадется хороший адвокат, который сумеет свести все к сто-восемнадцатой, по неосторожности…, но это вряд ли. Для найма хорошего адвоката, нужны деньги. А денег у этих двух не нашлось даже на более-менее нормальный алкоголь. Так и давились паленой «путинкой», которой из подполы торговали на барахолке по семьдесят один рубль — бутылка. От которой у мужика крыша видимо и окончательно поехала.
— Ну, как там? — теперь неуверенно замялся здоровый детина.
— Повезло тебе, Кирюха, — прикурил я выбитую из пачки сигарету, с наслаждением вдыхая свежий, после проспиртованной вонючей квартиры, табачный дым. — Тяжкие телесные. Вроде бы жить будет.
— Заебись! — тут же повеселел Кирилл, доставая новую сигарету. А радоваться ему было за что. Если бы потерпевший помер, то одной служебной проверкой он бы не отделался. Наше начальство было бы радо найти козла отпущения в накосячившем патрульном. И никого бы не волновало, что на этот веселый адрес они выезжали уже несколько раз, и каждый раз плачущая в трубку 112 сожительница, немного протрезвев, писала отказ от привлечения своего ненаглядного. Бьет — так ведь не сажать же его… С такой логикой, теперь уедет в СИЗО уже сама. Больше всего в этой ситуации было жаль детей, которые уже сейчас находились в отделе вместе с девушкой из надзора, чтобы после поехать уже в детский дом. Пока что на время… Впрочем, возможно им там будет лучше.
— Да через час уже отказ от госпитализации писать будет, чтобы дальше бухнуть, — с раздражением смял перчатки эксперт, выкинув их в ближайшую урну, вручая мне запакованный пакет с окровавленным тряпьем, изъятым в ходе осмотра. — Мрази поганые. Будь моя воля, я бы эту общагу уже давно сжег вместе с клопами к ебене фени. Сколько мы уже приезжаем на подобное говно?
— Третий, — негромко ответил я. — Уже третий раз за этот месяц.
— Ты конечно меня извини, Сань, но я буду пиздец как рад, когда ты уволишься! — с чувством проговорил Андрей — наш криминалист, с которым по расписанию я дежурил в одной смене уже несколько раз. — Ты реально все говно начал притягивать в последнее время. Сколько тебе там осталось?
— Два дня, вернее уже один, — мрачно ответил я, запуская бычок до мусорки и обдумывая, стоит ли допрашивать потерпевшего сейчас, пока он в сознании, или подождать до больницы.- Но, не думаю, что именно я виноват в том, что эти отбросы решили самосократиться перед новым годом.
Ответил я покачавшему головой криминалисту, продолжая думать о своих дальнейших действиях. Если сейчас — то дело будить нужно также сейчас, оформляя все необходимые бумажки «задним числом». Пока я доеду до отдела, пока присвою номер… Впрочем, все что надо было сделать — я сделал. До конца дежурства осталась всего пара часов, и меня не вдохновляла мысль зависнуть с допросом потерпевшего, подозреваемого и свидетелей на пол дня. Хватит с меня.
