Казалось бы, зачем мне париться по поводу какого-то безызвестного супера, который к тому же пытался меня убить? Ситуация была однозначной. Либо он меня, либо я его. Итак, только чудо, натренированные рефлексы, а также рефлекторная реакция парня защитить голову, спасла мою от участи растечься на асфальте кровавым пятном.
Слишком сильным он был. Как-то поздно я вспомнил, что в сериале он практически поборол далеко не самую слабую супершу Викторию, когда понял, что та использует на нем свою способность. И логически, я понимал, что иного выхода из той ситуации, в которую я сам загнал себя — не было. Что моя реакция на это — это всего лишь закономерный итог посттравматического стрессового расстройства. Что наверное, нужно было скорее сожалеть о тех парнях, которые погибли в результате наших с Мясником действий, а не сейчас.
«Бах… бах…» — содрогаясь, отлетала груша от моих ударов.
Вот только доводы разума никак не влияли на ощущение, что именно сейчас я стал просто убийцей. И в отличие от прошлого раз, разделить эту ношу мне было просто не с кем. Ну и самое печальное в этой ситуации было то, что я не особенно то и сожалел о сделанном.
Злился на себя, что хреново продумал план. Не учел, что явно проблемный приютский воспитанник может подумать обо мне как об убийце от Стэна, если он уже их посылал. Не подумал, что тот со своим суперслухом сможет срисовать меня, как это уже случалось с агентами ЦРУ. Не продумал пути отхода.
«Бах».
Злился на собственную слабость, вынудившей меня убить парня, который по сути являлся скорее очередной жертвой мегакорпорации. А не просто его как-то нейтрализовать. Но вот особых мук совести у меня, в отличие от прошлых смертей как-то не было. И это на самом деле уже тревожный звоночек.
Надеюсь, что это просто накопившаяся усталость, которая мешает мыслить нормально, а не то, что я постепенно превращаюсь в бездушного убийцу. В этом мире поехавших на голову суперов слишком много, чтобы в их ряды присоединился еще один.
П-ф-ф… — с гулким хлопком оторвался мешок от крепления, сваренного на скорую руку стариком Бэном. Веревка не выдержала очередного злого удара и лопнула, роняя на землю обернутый уже в несколько слоев изоленты мешок.
— Заебал шуметь! Собирай свои манатки, я спать, — донесся до меня крик старика из его трейлера.
Нда, что-то я сегодня задержался, а ведь завтра у нас была еще одна операция…
— Че такой кислый? — толкнул меня в бок Мясник. — Протеин некачественный попался?
— Ага, типа того, — хмыкнул я на его подколку, выныривая из своих мыслей.
Мы вновь находились в служебном фургончике, направляясь к точке, где находился Дуфер со своими подельниками. На этот раз, для разнообразия, все происходило днем. Находился дом за городом, так что ехали долго. Да и Эм-Эм, который долго и нудно разбирал, что и как мы сделали не так, на этот раз был вместе со всеми.
Надеюсь, он не свалит прямо во время захвата, если вдруг закончится рабочий день. Впрочем, об этом Мясник уже шутил. Как и про протеин. Черт меня дернул банку с гейнером с собой взять, чтобы не снижать дневную дозу белков и углеводов. После вчерашнего издевательства над собственным телом, я, на удивление, все еще был голоден. Но хотя бы веса растут, да и на скелет я меньше похожу. Значительно.
— Ты смотри, осторожнее — а то обдрищешься прямо во время процесса, — ухмыльнулся Бучер. — Если раскачаться хочешь — бери пример с Эм-Эм, у него как качается, постоянно яйца во рту…
— Нахер иди, — показал Мяснику средний палец здоровяк, который и вправду всегда приносил еду с собой, перед обедом долго раскладывая салфетки и столовые приборы на столе. Затем повернулся ко мне. — Но вообще он прав, натуральная пища гораздо полезнее разного сублимата. В куриной грудке и так много протеина.
— Да, только ее слишком много жрать приходится, — хмыкнул я. — Да и времени на готовку не слишком.
— Так ты тренируешься? — послышался голос Французика с водительского сидения. — И как успехи?
— А разве еще и тренироваться нужно? — округлил глаза Бучер в притворном изумлении. — Так вот в чем была ошибка…
— Успешно, — односложно ответил я, проигнорировав шутника. Он был явно в настроении сегодня, чего не скажешь обо мне. — Но не так, как бы хотелось.
На самом деле успехи были очень даже неплохие. Настолько, что ворчащему Бену пришлось доваривать на «штангу» усилители. После того как я засыпал в колеса песка, добавляя вес за триста килограмм, он немного погнулся. Но и с усиливающим элементом заниматься было не очень удобно.
Пока что так, затем я присмотрел олимпийскую штангу на 400 килограмм. Но все равно, даже до рекордов обычных паурлифтеров было далековато. При том, что я вроде как суперсилы имел.
— Сколько от груди жмешь? — с интересом спросил Марвин. — Мой рекорд практически две сотки, на один раз, в армии.
— Ну я чуть побольше, — не стал я смущать здоровяка. — Впрочем, учитывая, сколько мне жижи этой ввели — все равно мало.
