— Что? — не понял тот, находясь явно в приподнятом настроении. — Какая программа?
— Защиты свидетелей, — напомнил ему. — Она в целом сможет защитить, или это пиздешь?
— А… ты про это, — ухмыльнулся Бучер. — Повторю… какая программа? Никогда об этом не слышал.
— Привет Алекс, — махнул мне Француз, занятый поеданием какой-то булки. На него хмуро посмотрел Эм-Эм, буркнув привет… и продолжил протирать собственный стол санитайзером. Рядом в корзинке находились чистящие средства.
— Привет, Серж, — пожал я тому руку, удивленно посмотрев на здоровяка. — Что это с ним?
— Так гости же сегодня придут, вот и хозяюшка нервничает, — хмыкнул Француз, шепотом добавив. — А еще ему мадам Мэллори втык вкатила за Бларни…
— Я, блять, все слышу — гонщик недоделанный, — отозвался Эм-Эм. — Ничего бы не было, если бы кто-то не упоролся на задании и не раскурочил несколько тачек. И вообще… Хоть кому-то нужно навести порядок в этом свинарнике!
— Да ладно тебе, это было случайно! — экспрессивно взмахнул рукой держащей булку тот.
— Тарелка, блять! — гневно воскликнул Эм-Эм,
— Но я же не пользуюсь тарелкой, когда наедине с вагиной твоей mama… — пошутил Серж, наткнувшись на гневный взгляд Эм-Эм. — Ладно, ладно… возьму я тарелку, чистюля!
— Привет, Кимико, — в то время, как здоровяк отчитывал Француза, обратился я к девушке, которая, впрочем, не обратила на меня внимания, отстукивая пальцем по столешне. И только потом заметил провода наушников, торчащие из-под копны черных волос. Из них доносилась какая-то электронщина…
— Кимико понравился дабстэп, — пояснил демонстративно держащий под булкой тарелочку Француз.
— Нда…
Звездочка сидела за большим столом и ела ланч после перерыва в сьемках. Проект «выбора» нового члена Семерки шел очень хорошо. Особенно, когда Эдгар сделал ее сокапитаном, и дал полномочия решающего голоса в выборе нового состава. После всех унижений и страха перед Твердыней… иметь в руках власть, право что-то решать было очень приятным.
Но когда Хоумлэндер стремительным шагом вошел в помещение, настроение у нее изрядно испортилось.
— А, вот ты где? — произнес он, будто и впрямь рад ее видеть. Иногда Энни не понимала, где кончается, а где начинается реальный Хоумлендер. И это пугало.
— Если ты не возражаешь, у меня обед, — произнесла та с явным намеком, пододвигая салат.
— О… разумеется, ешь конечно, — словно бы сделав одолжение, сел тот напротив нее, отечески улыбнувшись. — Эшли сказала, что ты решила выбрать новым членом Семерки Серебрянную Кинкейт?
Звёздочка поставила вилку на тарелку, явно раздражённая, и посмотрела на Хоумлэндера. Его самодовольная улыбка была достаточно раздражающей сама по себе, но особенно неприятным было то, что он играл роль «доброго парня», хотя за этой маской скрывался опасный, хоть и скованный сейчас шантажом монстр.
— Эшли слишком много болтает, — пытаясь выглядеть спокойно сказала она. — Но да, Серебрянная Кинкейт. У нее наилучший рейтинг…
— Сразу парочка замечаний, — прервал девушку Хоумлендер, улыбаясь еще шире. — Я ведь второй капитан, и мое мнение должно учитываться, верно?
— Вообще-то… Эдгар сказал, что новеньких выбираю я, — с мало скрываемым удовольствием произнесла Звездочка, глядя прямо ему в глаза. — Это мой проект, и я сама решаю, кто лучше впишется в состав…
— Ты даже еще не видела моего предложения, обещаю, тебе понравится, — не обращая внимания на ее слова, повернулся к двери, из-за которой выглядывала голова Эшли и театрально хлопнул в ладоши. — Это такой сюжетный твист… Возвращение Пучины!
Отзываясь на его слова, дверь распахнулась и туда вошел одетый в зелено-золотой костюм блондин, улыбаясь робкой улыбкой. Следом в помещение забежала рыжеволосая девушка, начав обнимать остолбеневшую Энни и что-то бесконечно болтать…
Позади дружески улыбался Хоумлендер, ободряюще подманив Пучину. Та почувствовала, как в глубине закипает ярость.
— У меня кое-что для тебя есть, в знак примирения, — открыл коробочку супер, показывая ее содержимое. Там лежала подвеска в виде дельфина. — Золото и брильянты… Знаешь, я долго думал над тем что случилось. Над этой страшной ошибкой… Когда совершаешь страшную ошибку, нужно в первую очередь простить… себя.
Подводный говорил отрепетированную речь, даже, казалось, не вдумываясь в то, что говорит.
Но его последние слова были последней каплей. Силы девушки на миг вырвались из-под контроля, заставив свет в помещении опасно мигнуть.
— Ты думаешь… что мне нужен кулон, — вкрадчиво начала Звездочка, все больше и больше распаляясь. — Который будет напоминать как меня трахнули в рот⁈
Ее глаза вспыхнули, заставив Пучину отшатнутся, а Эшли быстро затараторить…
— Давайте выйдем и оставим капитанов поговорить… — быстро вытолкала она Пучину и его девушку, под одобрительным взглядом Хоумлендера.
— Но что я такого сказал… — еще донеслось из коридора, прежде чем они скрылись за дверью. Через приоткрытую дверь донесся топот спешно удаляющихся шагов.
— Ты… — повернулась Зевздочка к затеявшему все суперу.
Хоумлэндер, сидя напротив, слегка наклонил голову, будто изучал её.
