— Веди ровнее, черт тебя побери! — закричал Француз, на очередном повороте вырываясь из окна наполовину.
— Да стараюсь я, блять! — огрызнулся водитель, нервно крутящий руль. На его лице виднелся платок, скрывающий нижнюю часть лица, а в фиолетовых глазах читалась концентрация.
С грузовика внезапно открылась стрельба. Бронированное стекло с маленьким окошком не позволяло высунуть автомат, да и целится при такой болтанке было не очень удобно. Но пули начали рикошетить от корпуса «Джавелина», оставляя рваные дыры в корпусе авто. Машина резко вильнула в сторону. Француз едва не упал на асфальт, но все же прилепил пакет ровно куда нужно.
— Готово! — прокричал он, перекрикивая грохот моторов и звук выстрелов.
— Понял! — хрипло ответил водитель, стирая с лица остатки крови. Случайная пуля угодила ему прямо в голову. Затем он резко дал по тормозам, перестраиваясь под защиту задней стенки грузовика. Водитель «полицейской машины», кажется, понял, что произошло. Он резко затормозил, заставив окружающие машины врезаться друг в друга, создавая внушительную аварию. Но «Джавелин» также успел вывернуть и затормозил даже раньше бронированного авто держась на безопасном расстоянии.
— Сейчас! — крикнул Француз, отсчитав таймер. Раздался низкий, гулкий звук, мгновенно сменившийся ослепительной вспышкой. Термитный заряд прожёг толстую броню грузовика, выбивая куски металла, которые разлетелись в стороны. Огненный шлейф вырвался наружу, озаряя улицу красноватым светом.
Дверной замок буквально выплавило из железа.Термитный заряд, ярким феерверком рассыпавшийся по дороге, прожег в толстом металле дыру.
Двери черного автомобиля распахнулись. Оттуда выскочили трое одетых в маски людей, которые быстро оцепили остановившийся автомобиль, наставив стоволы на тут-же закрывшуюся форточку в кабине. Затем все еще горячая дверь была распахнута, внутри раздались несколько выстрелов — и после на асфальт выскочил сам Алекс быстро вынося бессознательную рыжеволосую девушку, и бросаясь к тачке, без особого пиетета забрасывая ее на заднее сидение.
Продолжая контролировать окна, Кимико и Француз также отступили к машине. Двери «Джавелина» захлопнулись одновременно с рывком мотора. Машина, рыча, сорвалась с места, оставляя позади дымящийся грузовик и разбитые автомобили.
Француз выдохнул, оглядываясь назад:
— Je ne crois pas… я не верю, что все получилось! — потрясенно произнес он с силой хлопая по плечу водителя. — У тебя, кстати, пуля во лбу застряла…
— Блять, — выругался я, пытаясь заглянуть в зеркало заднего вида, и ногтями подцепляя расплющенную о лоб пулю девятого калибра. — Слушай, ну должно было хоть раз пройти, как…
— П–ф-ф!!! — мои слова прервал поваливший из-под капота пар, и машина тут же ощутимо сдала в скорости…
— Да ебана…
Натужно ревя мотором, машина едва доехала до знакомой свалки, остановившись и не достав до высоких ворот буквально каких-то пары метров.
— Открывай! — прокричал Алекс, выгружаясь из авто.
— Вы кто такие, я вас не звал, идите нахер! — раздался из-за забора сварливый старческий голос. — Если не хотите картечью в ебасос получить…
— Бен это я, Алекс, — прокричал я в ответ. — Дело есть…
— Я сегодня закрыт! — явно не рад был меня видеть старик.
— На несколько тысяч…
— Чтож ты раньше не сказал… О, мадмуазели! — приосанился старый хрен, едва завидев присутствующих дам, подкрутив усы. Мэйв очнулась на пол пути к старой свалке, и быстро вникла в суть дела, несмотря на то, что до сих пор словно бы была под кайфом.
— Нам нужна тачка, срочно, есть пять тысяч… — начал говорить я. — Чинить будет долго…
— Это уж точно… Радиатор пробит, ремень… — с видом знатока бегло осмотрел машину старик. — Девятый калибр. И куда это ты встрял, пацан? И кто же так обращается с тачкой…
— Тебе эти проблемы точно не нужны, — отговорился я. — Нужна чистая тачка, платим пять тысяч… У тебя я точно видел, есть одна.
— Пять тысяч маловато будет, — хмыкнул старик, блеснув жадным взглядом.
— Больше нет, — отрезал я, даже не торгуясь. На этом и правда было все. У Француза еще была штука, но она точно уйдет на дорогу.
— Ещё есть пол кило кокаина, — встрял в разговор Серж. — Почти ровно.
— Француз! — с укором посмотрел я на барыгу. — Серьезно, больше нет. Но я заплачу позже сколько скажешь, в замен оставляю тебе свою малышку…
— Хм… ладно, — что-то прикинул в уме. — Вернёшь вдвое, через месяц.
— Ладно, только…
— Если нет — пущу твою «ласточку под пресс». — добавил он.
— Идёт, — скрипнул зубами я. Не знаю, вернусь я за ней или нет, но машина точно не заслужила отправиться под пресс.
— Ладно, есть у меня одна колымага, сейчас возьму ключи… И бабки вперёд. — требовательно протянул он руку. В которую опустилась пачка банкнот. Но тот все ещё не уходил, задумчиво посмотрев на Француза. — И это, порошок тоже давайте…
— Вот же жадный ты сукин сын…
Счётчик на приборной панели мерно щёлкал, отсчитывая мили. Дорога впереди тянулась, освещённая тёплым светом закатного солнца. Кажется, мы всё-таки вырвались из Нью-Йорка, оставив позади хаос, столкновения и гудящие толпы.
