— А что происходит? — спросил меня недоумевающий Француз. Я в ответ на это просто пожал плечами, не вдаваясь в подробности. То, что их лидер — настоящий мамонт среди всех мудаков я думаю они и так знали.
— Ладно, говори все, что знаешь, — мрачно смотрел на меня Мясник, проверяя сеть какой-то ЦРУшной прогой по запросу сын Хоумлендера. После того, как в ломбард заглянула его жена тот стал более сговорчивым. Видимо все же до него дошло, что действительно могу предсказать будущее. Хотя на самом деле это было не так.
— О, теперь все-таки поверил, — не отказал я себе в удовольствии пнуть этого мудилу. Пока что только словесно. — В сети Райана нет, можешь не стараться.
— А где, блять, есть?!
— У Хоумлендера где-то, — хмыкнул я, пытаясь понять, что можно сказать, а что нет. — За городом. Точнее тебе подскажет один черный парень в дорогом костюме.
— Сдается мне ты знаешь больше, чем пиздишь, — развернулся ко мне Бучер, так и не получив от поиска в сети ответов.
— Есть такое, — кивнул я, решив что это подходящий момент. — Дело в том, что в моих видениях все вышло пиздец как плохо. Чтобы этого избежать, тебе придется в одном моменте довериться мне, и сделать, как я скажу. Понял?
— Да хера с два…
— Это касается твоей жены, Бучер, — серьезно посмотрел я на мужчину. — Если хочешь, чтобы все кончилось хорошо, послушай меня. Если нет — поступай как знаешь. Все последствия будут только твоим решением…
На секунду воцарилась тишина, прерываемая только болтовней Французика и Эм-Эм, которые обступили Бекку и окружили ее заботой, на сколько это возможно. Все-таки неплохие они парни… И девушки, разумеется. Даже и не скажешь, что практически все - опытные убийцы, с кучей трупов за спиной.
— Хорошо… что я должен делать? — с трудом выговорил Мясник, о чудо, даже не попытавшись спорить. Видимо действительно Бекка для него была большим приоритетом, чем собственное эго. Главное теперь самому не накосячить.
— Да собственно что задумал, то и делай, — улыбнулся я, наконец сломив упрямство этого пришибленного. Если бы не получилось... чтож, это бы все усложнило. — Только в один определенный момент я попрошу тебя сделать одну вещь, которая может показаться тебе глупой. Но ты ее сделаешь, и все будет впорядке.
— Хорошо, цыган ты ебучий, — поморщился Бучер, взглянув на мою ухмылку. — Но если из-за этого с Беккой что-то произойдет, я отпилю тебе голову тупой ножовкой. Посмотрим, сможешь ли ты регенерировать это. Согласен?
Он протянул ладонь вперед.
— Договорились, — пожал я ее, надеясь, что мой план сработает. Это действительно может осуществить задуманное. По крайней мере постарается. И хрен бы я вообще вмешивался, если бы не сынишка Твердыни, который без даже на вид доброй женщины, вполне мог вырасти таким же уебком как его папаша. — Только я русский вообще-то.
— Да мне похер, — ответил тот.
— … просто не так много близких к нему людей, понимаете? — продолжил Эм-Эм. — Ну, кроме Вас конечно…
— А я ему друг, — посмотрел на здоровяка Французик, кивая сам себе. — Да-да.
— Ну будет вам, обступили, оставьте человека, — вышел из закутка Мясник. Ребята предпочли не мешать воссоединению и перебрались на второй диван, оставляя Бекку и Бучера наедине… на сколько это было возможно. — В социальных сетях Райана нет. Что с одной стороны хорошо, с другой — бесполезно.
— Думаешь, он сейчас в башне? — явно волнуясь, с надеждой посмотрела на Мясника женщина.
— Не знаю… — бросил на меня быстрый взгляд Мясник. — Ты пока оставайся здесь, отдыхай, а я кое-что раскопаю.
— Погоди, Билли… — сорвалась с дивана она, подходя вплотную к надевающему куртку мужчине. На лице у нее было раскаяние. — Слушай, прости меня. Я не имею просить тебя о помощи, после…, но просто…
— Бекка, не переживай, хорошо? — лицо Бучера неуловимо изменилось, преображая вечно сурового стереотипного вояку во вполне себе заботливого мужа. Если он был такой до… ну возможно я мог понять, что эта красотка в нем нашла. Как будто два разных человека если честно. — Я найду твоего сына.
Аккуратно поцеловал ее он и осторожно обнял. Затем, заметил, как с интересом в перемешку с удивлением смотрят на них ребята, накинул вполне себе привычный образ, воскликнув:
— Да заебали, блять!
— Я правда не понимаю как можно быть таким ничтожным.
— На себя то блять посмотри, взорвал сам себя!
— Это было совершенное искусство. Я был разорван на тыщи мелких кусков.
— И хули толку с этого, ты всё равно сдох.
— Ты узнал что-нибудь?! — тут же бросилась к спускающемуся Мяснику Бекка, которая в последние минуты была сама не своя, и нервно ходила в ожидании новостей. Ребята старались ее подбодрить, однако переживающую за своего сына мать могли утешить только хорошие новости.
