Я ободряюще кивнул ему, хотя думал совсем о другом. О том, что запроси я сейчас более подробную информацию через главный госпиталь, меня пошлют далеко и с салютом. Пришлось расспрашивать Дерена, кто именно из пилотов заболел, помнит ли он хотя бы примерно, кто по каким координатам работал…
Дерен, судя по всему, до Академии пилотов успел получить какое-то гуманитарное образование. Речь его была богатой и точной. Успокоившись, он вспомнил довольно много подробностей. Может, и неважных, может, я вообще перестраховывался. Но в такой ситуации, как мне казалось, лучше было именно перестраховаться.
В конце концов, я сказал ему, что он полетит со мной. Если Дьюп в курсе, то он или точно знает, что именно произошло и всё под контролем, или информация прошла по линии замполича, а Мерис мог и отмахнуться.
— Я не пойму: ты перебежчик или провокатор! — Мерис дошёл уже до средней фазы кипения.
Я ждал, пока он проорётся. Дьюп — думал, полуприкрыв глаза. Видимо, Мерис ему мешал, потому что он вдруг перевел взгляд на него, и генерал осел в кресле, сдуваясь и даже закашлявшись.
Я сказал, что про историю с Плайтой и "психохимией" нужно сообщить Локьё. Мерис взвился и завёл пространную беседу о моих моральных качествах. Колин до сих пор не произнес ни слова. И аргументов генерала он не слушал, я видел.
— Есть ситуации, Виллим, — сказал он, наконец. — Когда все мы — в одной лодке. Вполне возможно, что эрцог осведомлен о происходящем гораздо лучше нас, и предложение Анджея бессмысленно. И всё-таки, пусть он сделает то, что хочет.
— Ну-ну, — сказал Мерис, вытирая со лба пот. — А в следующий раз, о чём он предложит предупредить Локьё? О передислокации?
— С такой болезнью мы раньше не сталкивались. Если предположить утечку бактерий, Локьё должен об этом знать, — встрял я.
— Ага, — сказал Мерис. — И он радостно поделится этой информацией с нами… Вы что, сбрендили оба? Локьё собирается компенсировать себе моральные страдания и начистить нам рыла. Пфайфер так и скачет по сектору. А вчера эрцог вызвал с севера подкрепление. Разведчики опознали "Крематор", ты понимаешь, к чему всё идёт?
— Нет, пока не понимаю, — не принял интонации Дьюп. — "Крематор" пришёл с минимальной свитой. Это больше похоже на переговоры. — Он встал. — Хватит переливать из пустого в порожнее. Анджей, ты будешь говорить с Локьё один на один?
Я действительно хотел бы поговорить с эрцогом без свидетелей. Мне казалось, что так будет легче убедить его.
Кивнул.
Мерис картинно развёл руками и вышел. Он остался при своём мнении. Зато я остался в кабинете Дьюпа один и при системах связи.
Не зная, как будет вежливее выйти на контакт, связался сначала с навигаторской "Леденящего". Мне ответили, попросили подождать. Потом дежурный сказал, что эрцогу доложено, и он свяжется со мной сам.
Ну, вот и всё. Этим, как я понимал, история наших переговоров вообще может закончиться: нужен я Локьё со своими идеями. Но зато совесть моя будет спокойнее.
И тут же прорезался сигнал. Отозвался, надо же.
Эрцог выглядел утомлённым, в кабинете он был один.
— Ты правильно сделал, что связался через дежурного, — сказал он, разглядывая меня со спокойным интересом и вполне миролюбиво. — У тебя проблемы?
— По нашим данным на Плайте происходит что-то странное. Медики спустили бы на тормозах, но один попался занозистый… Сразу после Плайты на "Коре" и "Абигайль" были зарегистрированы несколько случаев "синей болезни". Однако один из медиков утверждает, что это что-то другое. Имеющее по его словам не инфекционную, а информационную природу… Может быть, я перестраховываюсь, но на Плайте мы имели дело с малопонятным. Успокойте меня, эрцог, скажите, что… То есть… скажи, что я спятил и всё такое. Мерис мне это с утра твердит.
Я неожиданно сбросил официальный тон и с ним — весь груз сегодняшних совещаний. И закончил:
— Нет у меня фактов. Но мне всё это очень не нравится.
— Я знаю, что на Плайте — карантин, — медленно произнёс Локьё. — Учитывая в сумме всё, что мы там натворили, эпидемии вполне логичны. У меня не было данных, чтобы обеспокоиться как-то особо. — Он потёр виски.
— Я могу сбросить заключение медиков.
— Давай, — он прикрыл и открыл глаза, похоже, у него болела голова.
— Эрцог, ты плохо выглядишь.
— Тогда — Аний или "мой лорд".
Я улыбнулся.
— Аний — это для меня слишком фамильярно. А "мой лорд"…
Он понял. Какой же он имперцу "мой".
— Говори просто на "ты". Я скучал по тебе, хаго. Без тебя мне никто не хамит… Оказывается, это скучно. Почему ты обратился ко мне?
— Я могу не отвечать? Мне сегодня задавали этот вопрос раз 200.
— Не отвечай. Я почитаю, что ты мне тут переслал. Потом свяжусь. Ты можешь выходить на меня через запрос на личный код, или — через дежурного. Но ни в коем случае не через главный экран.
Он выключился, но я успел заметить, что в кабинет кто-то входит.
Что ж, что хотел, я сделал.
Вышел в приёмную. Вместо Дьюпа обнаружил там Леса, которого сгрёб и основательно помял. Лес был в полной спецоновской форме, которая ещё больше подчеркивала, как он возмужал.
