Командующий! Хэд и все его перерождения!
Келли занервничал. Только лендслера здесь сейчас не хватало. Оставшись на грунте, они нарушили и приказ своего капитана, сгинувшего в подземных лабиринтах Альдиивара, и капитана "Ирины", отозвавшего бойцов с Тэрры.
Экзотианские корабли будут здесь с минуты на минуту, положение безнадёжное, но не попытаться спасти Агжея — Келли не мог. И челюсти зампотеха упрямо сжались, словно жвалы псевдобогомола, в порошок перемалывающие камень.
— Почему не стартовали? — бросил лендслер, обводя глазами диспозицию — поместье в смятку, импровизированная насыпь для защиты шлюпки от экзотианцев, которые время от времени выбирались из подвалов через воздуховоды… Основные выходы — заблокированы или завалены… — Приказ отходить касался всех!
Келли молчал, уставившись в землю. Выдержать взгляд командующего он и не пытался.
Шлюпка, на которой прилетел лендслер, тяжеленная махина из алюмотитана и хитинопластиков, содрогнулась, словно кто-то пытался вынести изнутри шлюзовую дверь.
Лендслер оглянулся, отводя на миг от Келли жуткие темные глаза.
Сердце зампотеха, подтянутое было к горлу, плюхнулось в пятки.
Да, приказ был. И капитан Келли отправил наверх всех, кого смог. Но Роса выпихнуть не удалось, а Дерен обнаружился ровно две минуты назад — выполз из воздуховода. Грязный, в полуразряженном спецкостюме и полубессознательном состоянии.
Шлюпка снова вздрогнула. Лендслер сдвинул брови.
Плечи зампотеха окаменели, желудок впечатало в позвоночник, но отступать он не собирался.
— Поднимайтесь! — приказал командующий.
— Никак нет, господин лендсгенерал, — веко у зампотеха задергалось. — Я вниз пойду. Нам капитана надо… это… искать.
— А с чего вы взяли, что он живой?
Келли подавился воздухом и замолчал. От командующего расходилась волна нервного напряжения, подобная всё возрастающей силе тяжести. Язык во рту зампотеха отяжелел и прилип к гортани.
— Чумной вон вылез, говорит, что знает, — Рос спокойный и равнодушный, мотнул головой в сторону вскочившего Дерена. Тот, видно, выключился на пару минут и не мог теперь сообразить, о чем идёт разговор.
Лендслер перевёл взгляд на молодого пилота, давая Келли вздохнуть.
— Хорошо, — неожиданно согласился он. — Вы и Дерен — за мной. Рос — охраняйте шлюпки.
Он обернулся и, коснувшись браслета, разблокировал "двойку".
Из шлюпки выбрался худощавый лохматый молодой мужчина. Глаза его горели недобрым огнем, он озирался и принюхивался, словно зверь.
Это был внебрачный сын эрцога Локьё, Энрек Лоо.
Я отложил книгу и прикрыл глаза. Трудно мне было сейчас читать про истину. Истина содержит в себе вещи взаимоисключающие и с отдельной человеческой жизнь редко совместимые. Истина в том, что тьма и свет существуют вместе, что в один и тот же миг мы и живём и медленно умираем, что я и победитель и преступник, герой и сволочь. Всё сразу.
С правдой — легче. Правдой было то, что я выжил и уничтожил Альдиивар. Спаслись единицы. Работы по дезактивации живых кристаллов пришлось проводить с помощью наших же бактериальных форм, на подбор и лабораторные исследования времени не было.
Наши сразу же предложили помощь. Камни ещё не успели остыть, когда Дьюп связался с Локьё, и наши корабли вышли из пространства Мэтью, дав фору резерву экзотианцев минут в двадцать, не больше. Всё было срежиссировано эрцогом и командующим предельно плотно.
Историю с нападением замяли самым безобразным образом. В детали я не вникал, но меня там, по официальным докладам, и не было.
— Устал? — спросил Колин, не оборачиваясь. Он смотрел в окно. Может, ждал кого-то? Я не знал, прилетел ли он по своим делам, или на меня посмотреть?
Отвечать не было сил. Как всегда неожиданно накатили слабость и головокружение, пришлось разжимать зубы усилием воли.
— Это самый первый сборник?
— Первый. И единственный официальный. Рогард здесь вроде тебя по возрасту. Ему и тридцати ещё нет. Никто не знал тогда, что мир получил великого смутьяна вместо великого поэта.
— Это ты с Тайэ привёз?
