— Странно это все, очень не похоже на него, он перед гонкой проверяет байк вдоль поперек…
— Да… Он часто задерживался в гараже… — тетя Ника смотрит на меня загадочным взглядом, а потом сидим все в тишине и ждем вестей. Проходит часа три, но ничего не происходит, из реанимации никто не выходил. Зато вижу, как приближается Дан.
— Добрый вечер, — говорит он, смотрит на отца и говорит — Отойдем? — тот кивает ему, они отходят на приличное расстояние и долго о чем-то беседуют.
Потом Дан подходит к нам и обращается к Илоне:
— Ил, пойдем поговорим? — смотрит на неё пронзительным взглядом, она долго думает, но все-таки кивает ему, и они уходят.
Кажется, я задремала на плече у тети Нике, потому что меня приводит в себя резкий звук, открывающийся двери, оглядываюсь, Дан с Илой уже здесь, в разных углах и не смотрят друг на друга. Вижу, как выходит доктор и мы все вместе вскакиваем со своих мест.
— Так, все от Громова? — мы киваем — Могу говорить прям здесь или пройдем в кабинет? — смотрит на родителей.
— Говорите, здесь самые близкие — отвечает мама Демьяна, доктор кивает и оглашает приговор.
— Что могу сказать, ваш сын родился в рубашке, он вовремя сгруппировался, поэтому исход не такой ужасный. Он потерял много крови, мы сделали переливание, пробито одно легкое, множественные ушибы внутренних органов, все удалось спасти, но самое главное, у вашего сына сломан позвоночник. — я так сильно сжимала руку Илы, что у меня побелели костяшки, а сейчас из меня вырывается всхлип, и я оседаю на пол.
— Он сможет ходить? — осторожно спрашивает тетя Ника
— Все зависит от него, сейчас много разных техник, которые поднимают на ноги, но ему ещё потребуется несколько операций. Сейчас он находится в комме, будем надеяться, что скоро он придет в себя.
— Когда можно будет к нему — спрашивает Дан.
— Когда переведут в общую палату. — он кивает и уходит.
У меня истерика, я просто не могу успокоиться, чувствую, как девушка в белом халате делает мне укол в плечо и меня вырубает.
Прихожу в себя, сначала не понимаю где я, а потом на меня обрушиваются воспоминания, я вскакиваю с места, вижу перед собой взволнованную маму:
— Тихо, дочь, ты как себя чувствуешь?
— Нормально, почему я здесь? Где Демьян? Как он?
— Ты перенервничала, пришлось дать успокоительное, ты поспала немного, но ничего не пропустила, Демьян ещё не пришел в себя и его не перевели из реанимации.
Выдыхаю и откидываюсь опять на подушку.
— Мам, все же будет хорошо?
— Конечно, дочь! Демьян у нас сильный, он справиться…
— Мам, я так его люблю — говорю и слезы катиться по щекам.
— Я знаю, дочь. — смотрю на неё удивленным взглядом.
— Что ты так смотришь, мы знаем это ещё с тех пор, как ты ходить начала, потом, лет в шесть ты говорила, как любишь Демьяна, и вы обязательно поженитесь — я краснею от маминых слов.
— И он тебя любит.
— Правда?
— Конечно, он всегда старался держаться от тебя подальше, но он сам не понимал, почему его так тянуло к тебе.
— И вы совсем не сердитесь?
— Конечно нет, наоборот мы всегда были рады, мы всегда ждали этого момента, когда вас накроет.
Я опять плачу и висну на шее у мамы, наши родители самые лучшие, надо было рассказать им все раньше, как говорил Демьян.
Привожу себя в порядок, когда Дёма придет в себя не должен видеть меня такой тряпкой. Его перевели в палату, сейчас с ним родители, а потом пойду я.
Захожу в палату, вижу моего любимого и хочу закричать, но держусь, он весь в трубках, подключен к датчикам, от них к экрану от которого идет противное пиканье.
Сажусь около него, беру за руку и начинаю с ним говорить:
— Привет, милый! Возвращайся пожалуйста скорее, мы все очень ждём, я жду! Я так соскучилась, ты просто не представляешь — болтаю без умолку, рассказываю ему наши истории из детства, периодически глажу его по щеке.
Так проходят три дня, но он не очнулся, мы меняемся с родителями, но я не оставляю его на долго одного, боюсь, что придет в сознание без меня, я даже из больницы ещё не уходила, хотя все так и норовят отправить меня отдыхать, но я не устала, чувствую, что нужна ему.
Захожу к нему, сажусь рядом как всегда:
— Это опять я, скучал по мне? Помнишь, когда мы были маленькими я первым делом бежала к тебе и говорила на сколько сильно соскучилась, а ты всегда закатывал глаза и говорил: Дарина, отцепись от меня, что ты как маленькая. Смотрю в окно и вспоминаю счастливый момент и вдруг чувствую, как мою руку сжимают холодные пальцы и слышу тихий хриплый голос:
— Дарина… Я скучал… — не сдерживаюсь и начинаю плакать.
— Сейчас миленький, сейчас, врача позову только…
Выбегаю из палаты, вижу медсестру и кричу:
— Он очнулся! Врача! Позовите врача!
Демьян
