Дурная кровь полностью

Умом я понимала, что убийства начались снова. Я знала, что на свободе неизвестный субъект, который стремится из ученика стать Мастером. Я даже знала его modus operandi.

Привязали к шесту, как пугало. Сожгли заживо.

Но есть разница – знать что-то или увидеть своими глазами. Я заставила себя посмотреть на фотографию жертвы – какой она была до того, как пламя пожрало ее тело, до того, как она превратилась в боль, скрюченную плоть и пепел.

Волосы у нее были длинные и светлые, бледность кожи подчеркивали хипстерские очки в темной оправе. И чем дольше я на нее смотрела, тем сложнее было отвести взгляд, потому что она выглядела не просто молодой, беззаботной и живой.

– Она выглядит знакомой. – Я не хотела произносить это вслух, но слова сорвались с моих губ, как раскат грома.

Слоан, сидевшая рядом, покачала головой:

– Я не узнаю́.

Майкл протиснулся за компьютер.

– Я узнаю́. – Он посмотрел на меня. – Когда мы расследовали дело Реддинга, когда вы с Лией отправились на ту студенческую вечеринку, вы ушли с ассистентом профессора, а я подошел позже. С ней.

Я попыталась воспроизвести в памяти ту сцену. Тогда убили студентку, modus operandi – как у Дэниела Реддинга. Майкл, Лия и я тайком ускользнули из дома, чтобы собрать информацию о потенциальных подозреваемых. В числе тех, с кем мы поговорили тогда, была эта девушка.

– Брайс. – Слоан прочитала имя в файле. – Брайс Андерсон.

Я попыталась вспомнить о ней больше, но единственное, что всплывало в памяти, – что она была в одной группе с первой жертвой и что эта группа изучала дело Дэниела Реддинга.

– Когда ты беседовала с моим отцом… – Дин говорил ровно, но я понимала, как тяжело ему дается такая отстраненность. – Он намекнул, что знает о существовании Мастеров. Какова вероятность, что они следили за ним?

Я видела логику в вопросе Дина. Если наша жертва связана с делом Дэниела Реддинга, есть по меньшей мере некоторая вероятность, что и неизвестный субъект – тоже.

Дверь номера открылась раньше, чем я успела облечь что-то из этого в слова.

– Вот так, – с упреком произнесла агент Стерлинг, входя в комнату, – выглядит лицо человека, который не собирается говорить ни слова – ни единого слова – о сомнительных решениях, которые могут побудить кого-то показать голый зад федеральному агенту. – Уголки ее губ слегка приподнялись. – Как только мы закончим в Гейтере, агент Старманс хочет взять отпуск. – Она уловила настроение в комнате и оценила выражения наших лиц. – Мы получили ответ от Селин?

В ответ Слоан развернула ноутбук, чтобы агент Стерлинг увидела экран. Невозмутимое выражение, которое приняло ее лицо в следующую секунду, без тени сомнения показало мне, что файлы, прикрепленные к письму, были новостью и для нее. Она знала первую жертву – и поняла связь.

– Вы взломали мой ноутбук. – Это не было ни вопросом, ни обвинением. Джуд, который последние часы старался нам не мешать, вошел как раз в этот момент, и Стерлинг встретилась с ним взглядом. – Сейчас ты скажешь мне, что отчитывать их – тратить слова впустую?

Дин подошел к ней.

– Сейчас вы расскажете нам о второй жертве.

Брайс убили 2 апреля. Следующие две даты Фибоначчи – 4 апреля и 5 апреля, – и сегодня было пятое. У нас было по меньшей мере две жертвы. К полуночи будет три.

– Речь о той же географической области? – спросила я у Стерлинг, надеясь услышать какой-то ответ. – О той же виктимологии?

– Вторая жертва как-то связана с моим отцом? – спросил Дин. – Или с тем курсом о серийных убийцах?

– Нет.

Это сказала не агент Стерлинг. Это сказала Слоан.

– Нет, нет, нет. – Слоан снова развернула ноутбук к себе. Ее пальцы безвольно лежали на клавишах, и я поняла, что она открыла остальные файлы, прикрепленные к письму Бриггса.

На место второго преступления было больно смотреть. Подвесить, как пугало. Сжечь заживо. Но на формах, сопровождавших фото, была написана фамилия, которая объясняла, почему Слоан прижала руки ко рту и сдавленно взвизгнула.

Тори Ховард.

Тори была связана с расследованием убийств в Вегасе. Ей было слегка за двадцать, она была фокусницей, и она выросла рядом с убийцей. А значит, двух жертв связывало не дело Реддинга. И не география. Их связывали мы. Дела, над которыми мы работали. Люди, с которыми мы разговаривали.

В случае Тори – люди, которых мы спасли.

– Она тоже любила его. – Слоан уже не прикрывала рот руками, но ее голос по-прежнему звучал сдавленно. Тори была в отношениях с братом Слоан, Аароном. Она горевала о нем, как и Слоан. Она понимала горе Слоан.

– Позвоните Бриггсу. – Слоан говорила тихо, крепко зажмурившись.

– Слоан… – начал Джуд, но она его перебила:

– Таннер Элиас Бриггс, номер социального страхования 449–872–16–56, по гороскопу Скорпион, почти Стрелец, рост один метр восемьдесят шесть сантиметров четыре миллиметра. – Слоан широко распахнула свои голубые глаза, ее губы были сжаты в тонкую линию. – Позвоните ему.