Я заметил, что Билл присоединился к веселью: он скакал по арене с отрезанной головой черной «Грейс», насаженной на член. Гимпо тоже не смог усидеть на месте. Он слез со своего трона, обрушился в яму, расковырял дырку в груди уже мертвой «Кейт» и запихал туда свой причиндал. Я кончил ей в рот и оторвал ей голову – голыми руками. Теперь мы с Биллом плясали на пару, с головами растерзанных женщин на членах. Взревев от смеха, Рагнар вскочил на ноги. Он хлопал в ладоши и вытирал слезы тыльной стороной ладони.
– Славно потешили, славно.
Собаки и дети тоже приняли участие в этой кровавой потехе. Все были довольны и счастливы – как говорится, и стар и млад, – все смеялись и радовались, забавляясь с кусками тел расчлененных женщин.
Потом все вернулись обратно в пиршественный зал. Сыновья затянули свой гимн снежных байкеров. Потом – еще один, и еще. Пока мы все забавлялись в соседней комнате, потакая своим первобытным звериным инстинктам, служанки снова накрыли на стол. И, надо сказать, очень вовремя: кровь, насилие и жестокий секс возбуждают жажду и аппетит. Мы жадно набросились на еду и эль.
– Ну, что, – Рагнар со всей дури хлопнул меня по спине, так что у меня изо рта вывалился пережеванный кусок мяса, – Зодиак, дружище, как тебе наше гостеприимство, а?
– Замечательная культурная программа, Рагнар, дружище. Интересная и содержательная, – ответил я вполне искренне.
– Вот и славно, – отозвался Рагнар, вгрызаясь в ногу белого медведя. – Мы хорошо повеселились, а теперь шутки в сторону.
Один из этих местных ребят за столиком под телевизором обращается к нам. На хорошем английском:
– Вы не против, если мы выключим телевизор?
– Э? – Я.
Снежные байкеры, изрядно охрипшие от постоянного смеха и ора, разом притихли. Все взоры были обращены на Рагнара, на лицах – почтительное ожидание.
– Скажите, друзья, – улыбнулся Рагнар, – любите ли вы поэзию?
Билл закашлялся, подавившись элем.
– Поэзию?
– Да, поэзию, – отозвался Рагнар, явно задетый скептическим тоном Билла. – Поэзию воинов! Поэзию викингов – снежных байкеров!
– Мы хотим включить радио. Сейчас будет радио-бинго.
Я мысленно застонал, когда понял, что он имеет в виду: северные саги, долгие, нудные и нескладные вирши о крутых мужиках, что похваляются друг перед другом своими подвигами; пьяные басни о вечно бухих воителях с явными психопатическими наклонностями – какие они распрекрасные, хитроумные, доблестные ушлёпки. Хорошо еще, саги Рагнара оказались относительно короткими, а то я бы точно рехнулся. Рагнар поднялся на ноги, пошатнулся, но все-таки устоял – и велел принести мед поэзии. Двое байкеров притащили огромный глиняный таз, до краев полный эля. Пинт пятнадцать, не меньше. Рагнар осушил его одним глотком и начал свое поэтическое сказание.
– Я, Рагнар, – он ударил себя кулаком в грудь, – круче всех мужиков! – Он выплюнул сгусток какой-то гадости и продолжил:
Он потряс кулаком и продолжил:
Сыновья Рогатого бога почтительно зааплодировали.
Рагнар смачно рыгнул и потерял нить.
– Включайте, конечно. – Гимпо.
– Ну да, – продолжил Рагнар, – как-то раз, когда мы совершили набег на Йоркшир, я отодрал 8000 женщин и заправил в зад 2000 мужикам, не считая овец и…
