- Щас найдём "два ноля", - ответил он тоном бывалого.
Как будто я сам не искал! Когда уже начало чувствоваться, я особо внимательно стал приглядываться к окружающей обстановке. Знал уже, что должны быть буквы М (мне сюда) и Ж (не сюда, ни в коем случае, но рядом ищи М), те же "два ноля", треугольные пиктограммы "широкие плечи" и "юбка", и даже обозначение WC было мне знакомо (спасибо папе). Место общественное, можно сказать - людное, и туалеты тут должны быть - хотя бы один. Но ничего подобного почему-то не замечалось.
Но Вовка - бывалый, он должен знать. Правда, нельзя сказать, что он уверенно повёл меня в известное ему место, а действовал скорее по принципу "это где-то тут". Озирался, сворачивал, судя по лицу - припоминал.
- Кажется, здесь, - произнёс наконец.
Мы остановились около неширокого прогала между двумя клетушками с прилавками внутри. Между собой такие клетушки отделялись стенками, вот две такие стенки тут и не сходились. Да ещё что-то суживало этот проход, вроде как край стола торчал. В глубине этого прохода я увидел знакомые очертания ряда раковин, повеяло чем-то детсадовским... Похоже, и вправду здесь, хотя и без таблички.
Крепко, словно остерегая упустить, держа меня за руку, Вовка решительно шагнул в проход - и вдруг встал как вкопанный, словно напоролся на что-то. Впрочем, он и вправду напоролся. С высоты (то есть низины) моего роста хорошо было видно, как из-за края стола выдвинулась нога (ну, голень со ступнёй) и преградила путь.
- Не спеши так, мальчик, глянь сперва на меня, - послышался женский голос.
Мальчик глянул и решил, что молча не получится. По выражению лица, наверное.
- Тё... - он вдруг замолк на полуслове, солидно откашлялся и продолжал уже басом: - Скажите, пожалуйста, мужской туалет здесь есть?
- Мужской платный, - ответил голос. Это моего опекуна обескуражило.
- А... другого никакого тут нет? - нарочитый детский басок растерялся и перешёл в обычный голос.
- Женского, что ли? - усмехнулась вахтёрша. - Так он тоже платный. Да и не грудной ты, чтоб туда проникать.
- Да нет, не женский, а... - заминка.
- Отдельные кабинки, что ль? Они ещё больше платные. Вон, видишь на стене прейскурант?
Нас по-прежнему не пускали, но я зашёл сбоку и увидел тётеньку, сидевшую за столом, край которого суживал проход, разглядел по всей длине её ногу, остановившую "на всём скаку" Вовку. Нога была обнажённой, и я сперва подумал, что тётя - в мини-юбке, на которые я насмотрелся, гуляя по рядам. Но потом понял, что это всё-таки трусы - цветастые, как мамин домашний халат. Верх снизу был виден хуже, и только когда тётя встала и взяла швабру - то ли протереть пол, то ли давая нам понять, что разговор окончен, то стало видно, что сверху она в того же окраса лифчике. Всё вместе, я знал, называлось "бикини".
Насмотрелся я в рядах на топики и шортики покупательниц, но чтобы вот так, как на пляже... Да в белье или там в бикини даже мама дома себе не позволяет! Кстати, материя какая-то тусклая, словно давно не стиранная - или наоборот, часто застиранная.
- Мы ещё походим, - пытался тем временем сохранить лицо Вовка.
- Ну, походи, покопи, надуйся. Всё равно сюда ведь придёшь. Тогда тяни вперёд руку с денежкой, а не ногу без оной. Ну, до скорого!
Мы отошли в сторонку.
- Видишь, Сеня, здесь платно всё. Ты очень хочешь? До мамы дотерпишь?
Ну да, очень, а вот до мамы... Она мне быстро туалет устраивала, и терпеть не приходилось. Отсутствие денег не останавливало.
- Вов, а почему она раздета? Тут же не пляж.
- У неё там, на вешалке, халат висит. Знаешь, как мужчины, когда им жарко, снимают пиджак и вешают на спинку стула? А снаружи её и не видно почти, только когда заходишь. Так тебе приспичило или пока терпимо?
Я не знал, сколько вытерплю, поэтому на всякий случай шмыгнул носом.
Вовка увлёк меня в какой-то угол, где людей меньше, и, нагнувшись, зашептал в ухо:
- Ежели ты лопаешься, я и пожертвовать собой могу. Попробую прошмыгнуть "зайцем", она меня начнёт ловить, отвлечётся. Я... это... свяжу её боем. Тут уж ты не зевай, проходи в кабинку и дуй, только быстро, а то она со мной разделается и тебя в плен возьмёт.
Свяжет боем, в плен. Охоч же этот Вовка до военных слов!
- Она же крупнее и сильнее тебя, это же тётенька! Пинком выгонит и ещё подзатыльник даст, - усомнился я.
- Быстро не справится, я приём один знаю. - Он ещё ближе придвинулся ко мне: - Расстегну ей на спине лифчик, а если повезёт - то и стяну. Женщины этого ох как не любят, у них же титьки в стороны расходятся. Пока она собой займётся, я ей все деньги, что она собрала, раскидаю, нехай ползает и собирает. Но это если только ты очень хочешь, крайний случай. Войну ведь придётся объявлять, сам понимаешь.
На моём лице, наверное, отразилось недоверие, потому что Вовка добавил:
