— Только почистить надо будет. Нда… Сказала бы я, что он волшебным образом темнеет, когда владельцу грозит опасность, но нет, его действительно просто надо почистить. Закрываешь рукой, вот так, — она защёлкнула лезвие обратно. — Только не надо делать, как я в тот раз. Как я — вообще по жизни не надо делать.
Агнешка ещё раз настойчиво протянула ножик. Алиса не стала брать, смотря упрямо и испуганно.
Агнешка скользнула взглядом в сторону:
— Сейчас вернётся Лана, и придётся объяснять ей, чем мы тут занимаемся, — она сунула нож Алисе и заговорщически шепнула. — Возьми. На хранение, потом отдашь снова.
Дверь открылась, и Алиса успела спрятать ножик у себя, прежде чем Лана села за руль.
— Дозвонилась? — спросила Агнешка.
— А? Нет, — вид у Ланы был озадаченный. — Почему-то не берут трубку.
— С домашнего не берут?
— Везде. И дома у нас, и по мобильникам. И Макс не берёт тоже, — она несколько растерянно поморгала, глядя на датчики. — Не знаю, в чём дело.
— А что с расписанием? — робко напомнила Алиса.
— Расписание? Да, — Лана чуть встряхнулась, будто возвращаясь в реальность. — Должен быть поезд в восемь десять. Сколько сейчас?
— Семь сорок.
— Да, значит, это ближайший до города. За полчаса-то уж точно там будем. Единственное, расписание могли обновить, это старое. Но может, оно и то же, посмотрим, — она выкрутила руль, чтобы отъехать.
Однако Уаз не проехал этого получаса — или сколько там оставалось по-настоящему. То ли в нём незаметно закончилось топливо, то ли ему просто надоело везти чужаков — но только он рыкнул, встал и заглох.
Лана, не веря, попробовала завести его ещё раз. Мотор не откликнулся. Всё в машине умерло враз, будто она и была таким же металлоломом, как все её бывшие соседи по стоянке, и лишь невероятное волшебство дотянуло ей аж досюда.
— Ладно, — Лана по-прежнему озадаченно вылезла из-за руля. — Понятно. Тогда правда идёмте?
Они пошли, оставив этот последний автомобиль позади — вряд ли им бы попался ещё один на коротком отрезке до станции. Здесь только неказистые пустыри тянулись справа вдоль дороги — слева сверкали в серых потёмках лампочки железнодорожного моста, и на него не было хода с земли.
— Могли бы приставить лестницу, — заметила Агнешка.
— Дальше должна быть, я думаю, — Лана быстро шагала, высматривая перемены впереди. — Надеюсь, там не тоннель за сто метров и не через кучу загородок. Я хочу успеть на этот поезд.
Алиса, уже несколько раз с тревогой оглядывавшаяся назад, посмотрела на часы на руке.
— Что такое? — спросила настороженно Лана.
— Я просто подумала… — пробормотала тихо та. — Скоро восемь. И… свет такой… видите?
Свет в небе и вправду был переменчивый — двуличный, хрупкий и ненадёжный светомрак, который в любую минуту может обратиться и тёмной ночью, и сумерками на рассвете, если поднажать и проехать чуть дальше вперёд…
— У нас же сейчас ночь в день переходит, а не наоборот, — успокоила Лана. Взгляд её напряжённо окинул окрестность.
— Да. Наверно, — Алиса кивнула и обернулась снова. — Но я… Не знаю, почему мне так кажется.
— Восемь десять… Мы вполне ещё успевали уйти в восемь десять, — бросила Лана, и слова выходили отрывисто на выдохах от ускоренного шага.
— Разве?
— Или чуть-чуть буквально раньше. Но по-моему, и в десять тоже.
— Не, ну, если там реально дело в нескольких минутах, может и впрямь кто-то придержать, — протянула лениво Агнешка. — Жаль, нельзя подняться на мост и устроить звездопад. Вроде бы в каком-то Варкрафте такое было.
Лана фыркнула и сморщила нос.
— Слушайте, к чёрту, — она отмахнулась, раздражённо и нетерпеливо, — мы ехали всю ночь, с тех пор, как она настала, и практически до конца. Если бы нас могло теперь накрыть ею, то уже бы накрыло давным-давно.
Над пустырями, бледный и зябкий, зачинался рассвет.
