– Хм… Когда-то у меня было все: любимая девушка, родители, сестра, счастье. В восемнадцать меня забрали в армию, девушка дождалась. Я вернулся, и мы стали строить планы, готовиться к свадьбе… Я устроился на завод, и эта работа мне нравилась. Я думал обо всем: о моей невесте, о нашем будущем. Потом ― авария. Родителей не стало, у меня осталась одна сестра. Но и это был не конец… Однажды, когда мы с сестрой были дома, к нам в квартиру вломился наркоман. Ему нужны были деньги на дозу. Первой ему попалась сестра. Он напал на нее с ножом. Я ворвался в комнату. Помню, глаза у него такие безумные… Он будто ничего не видел, ничего не понимал… Говорил только: деньги, деньги… я среагировал быстро. Схватил с полки статуэтку. Конь, вставший на дыбы. Эту статуэтку я дарил сестре на ее день рожденья. Она очень любила лошадей. Да, я не рассчитал силу. Тот парень умер сразу. ― Ден тяжело вздохнул. ― Я тогда думал, что закон на моей стороне, я же был прав, я только хотел защитить нас. Мы вызвали милицию. Но я ошибся. Мне пришили убийство. Посадили на восемь лет. За это время я стал другим, поменялся и мир. Вот только в тюрьме время застыло. Да, оно течет там по-другому. Девушка ушла… Кхм. Вышла за другого. Я знал его, он неплохой. У них, когда меня выпустили, уже было двое детей. А сейчас может, уже и трое. Я не виню ее. Понимаю… Рад за нее. Она ни разу не пришла меня навестить. Ммм… Но я не виню… а сестра за это время вышла замуж, родила… а меня выписала из квартиры. Я пришел домой. Она пустила меня в прихожую, говорила сухо, коротко.
Ден замолчал. Его история произвела на меня наибольшее впечатление. Что-то сдавило в груди.
– В общем, теперь вы все знаете, ― сказала Ника.
Разговор был окончен, все замолчали. Юрец взял гитару и заиграл:
– Ослепший старый маг ночью по лесу бродил. На кладбище разлил он волшебный эликсир…[14]
Слушая, я думала над рассказами друзей. Я встретила людей с теми же взглядами, что и у меня. Людей, которые устали от того же, что и я. Ведь и я не могу больше жить в мире, где не ценится добро. Где невозможно быть счастливым, честно работая и даря другим свет. Где нужны агрессия и насилие, только чтобы выжить. Где нужно быть дикаркой и бояться людей, потому что в любую секунду какой-то ублюдок схватит тебя и затолкает в свою тачку только потому, что он ― может. Он сильнее. Его ублюдочная ржавая тачка ― последнее, что ты увидишь в этом мире.
– Не кажется ли вам, ребята, что теперь ваша очередь? ― раздалось вдруг рядом.
– Очередь чего? ― спросила я.
– Рассказать нам свою историю. ― Ника внимательно посмотрела на нас. ― Или думаете, мы, такие тупые, поверили в ваши байки? Что простая ссора с предками заставит вас забраться на товарняк и пуститься во все тяжкие? Колитесь.
Тошка хмуро смотрел в свой пустой стакан.
– Пусть она гассказывает, ― кивнул он на меня.
Свою историю я начала со стрелки между бонами и антифа в заброшенном лагере. Рассказала про убийство Ржавого, расклеенные по всему городу фотороботы. Про Руслана, который поклялся меня грохнуть, про банду Дуче, которому я нужна была непонятно зачем, про мусоров, искавших меня, чтобы посадить, про бонов, которые прочесывали Днице и избивали похожих на меня пацанов, про погром рынка.
– Это был единственный выход ― сбежать. Хотя бы на время, пока все в городе маленько не поутихнет, ― закончила я свою историю.
Все смотрели на меня с удивлением и ужасом.
– Оу, вот это да… ― сказал Юрец. ― Неужели это все про тебя, ребенок? Я бы еще мог поверить, если бы все это стряслось с ним, но чтобы с тобой… Ты меня удивила. Требую на ночь поставить караульных. Не хочу утром проснуться, а точнее ― не проснуться ― с проломленной башкой.
Все засмеялись.
– Очень смешно, ― нахмурилась я. ― Давайте, издевайтесь над бедным ребенком, который попал в беду.
– А я же говорила, что они такие, как мы. ― Сидящая рядом Ника обняла меня.
Раздался звонок мобильного. Вернулся хозяин хаты.
У подъезда стояла нетрезвая компания. Один из ребят узнал наших.
– Игорь, Аня, Ника, Ден! Здорово! Рад вас видеть! А где это конское дерьмо? О, а вот и он! Юрец! Соскучился по тебе больше всех!
Парень взял худенького Юрца в охапку и поднял его, как пушинку.
– О, у вас двое новеньких? Не помню таких! Здорово!
