Дурные намерения полностью

В двадцатых числах июня дополнительный офис отмечает свой день рождения, и в этом году им было 14 лет. До юбилея нужно было подождать ещё год, но день рождения решили отметить с размахом и заказать под этот праздник базу отдыха «Каюта Капитана», которая предлагала ресторан, сауну и номера для всех желающих. После бурной пьянки коллеги разъехались по домам, а вот Гена с Тамарой оказались в одном номере и в одной кровати, яростно занимающиеся сексом.

Позже, будучи трезвыми и каждый у себя дома, они с помощью мессенджера определили друг для друга статус любовников (Гена в это время лежал в ванной, так как это было самое безопасное место в квартире, в котором его бы никто не застукал за перепиской с любовницей на тему секса). Тамара, по её словам, давно была без мужчины, а для Гены такая интрижка была способом отвлечься от семейных неурядиц. Переживания были только в отношении работы, в конце концов, Гена был замом Тамары. Как позже выяснилось, на работе тоже было удобно заниматься сексом.

Вспоминая свои отношения с Тамарой и пьяно бредя вдоль дороги, по которой в этот час почти никто не ездил, Гена миновал длиннющий жилой дом и вышел к недостроенному П-образному зданию. Он встал напротив единственного подъезда и задрал голову вверх. В воздухе пахло грозой. Запах озона разрывал его лёгкие. Его руки, тело, шея, как татуировками, были покрыты мохнатыми тёмно-зелёными полосами. Они чесались везде, но Гена этого почти не чувствовал.

Он зашёл в подъезд и начал подниматься по лестнице наверх, до последнего этажа.

Он нашёл свою башню. Нашёл своё средоточие миров. Здесь он обретёт душевное спокойствие. Наконец-то в его жизни наступят перемены, которых он с таким нетерпением ждал.

— Сыно-о-ок, просыпайся.

Мама трясла его за плечо. Неужели уже пора в школу? Этого не может быть! Лето в разгаре!

«Мама, в школу ещё слишком рано», — сказал он, на деле лишь невнятно промычав, и перевернулся на другой бок.

— Сыно-о-о-ок! Артюш, просыпайся.

Он перевернулся на спину и открыл глаза, сфокусировавшись на мире и на маме, после чего поморгал, прогоняя сон.

— Мам, но в школу же не сегодня.

Тамара сидела на краю кровати, уже накрашенная и причёсанная, но ещё в домашней одежде. Она улыбнулась.

— В школу не сегодня. Мы договаривались, что съездим к одной женщине, помнишь?

— А-а-а, — возглас перешёл в затяжной зевок.

— Рот прикрывай, — сказал мама, и Артур закрыл рот рукой, когда закончил зевать.

— Вставай, давай.

Он сел на кровати, простыня сползла с его щуплой груди.

— Иди умывайся и чисть зубы. Ты хлопья будешь?

— Буду. Ма, а зачем чистить зубы утром? Я ведь ночью ничего не ем.

— Кто чистит зубы по утрам, тот поступает мудро…, - начала мама.

— Парам-парам-парам-пам-пам, на то оно и утро, — закончил сын, и оба рассмеялись.

— Свежее дыхание, — сказал мама, когда смех прошёл. — Приятней разговаривать с человеком, когда у него хорошо пахнет изо рта и красивые зубы.

— Как у тебя?

Мама кивнула:

— Я брекеты носила, чтобы зубы были красивыми.

— Брикеты, — сказал Артур и снова рассмеялся.

— Иди умывайся, брикет. Время идёт.

Артур потянулся, поцеловал маму в щёку, откинул простыню и встал с кровати.

— Время идёт вот так, — сказал Артур, маршируя в сторону ванны.

Он зашёл в ванную комнату и встал напротив зеркала, ещё заспанный, волосы растрёпаны. Артур оскалился своему отражению, показывая зубы. Зачем ему «брикеты»? Все зубы на месте. Он взял зубную щётку тёмно-зелёного цвета, без дракончиков там или машинок, просто щётка, выдавил зубную пасту и принялся чистить зубы.

О ногу потёрлась Габриэлла, Артур вздрогнул. Он посмотрел вниз, изо рта стекла пена от пасты и капнула на пол рядом с кошкой. Габриэлла оскорбилась и пошла в сторону закрытой двери, ожидая, когда её выпустят на свободу.

Артур дочистил зубы, умылся и попытался пригладить свои непослушные волосы, намочив их. Убедившись, что это невозможно, два «петуха» торчали на темечке, он попытался причесать их расческой.

Габриэлла мяукнула, Артур посмотрел на неё и открыл дверь, выпуская кошку. Возвращаясь к зеркалу, он наступил на кляксу от зубной пасты на полу.

— Ба-лин-на! — сказал Артур.

Включив воду в ванной, он аккуратно перекинул ногу, через бортик, стараясь не упасть, и отмыл пятку от зубной пасты. Ступая только на носок мокрой ноги, он снял с крючка на двери полотенце, вытер ногу и бросил его на пол, вытирая пятно зубной пасты. После чего он решил, что для вытирания полотенце больше не годится и, как есть, швырнул его в стиральную машинку.