— Что значит «исчезла»? Пропала? Сбежала, как ты? — с надеждой спросила Лиандра, вспоминая живой образ девушки из своих снов.
— Я думаю — она умерла, но о похоронах молчали. Северяне не сразу поняли, что армией Архоны не управляет твердая рука. Военачальники не смогли между собой договориться: среди них пошли распри, что послужило началом поражения северных земель. А потом появились Проклятые дороги, и наступил хаос.
— Умерла…
Лиандра почувствовала, что так и есть, и ее сердце сжалось от тоски.
— Кто такой Император, Ханлейт? — спросила она упавшим голосом.
— Никто не знает, Лиандра…
Хан, наконец, отвернулся от пламени и лег на спину.
— Считается, что с приходом Императора страна вновь стала единой. Это неправда — страх не в состоянии объединить. Принимая жестокие законы и вытягивая из страны последние соки, Аверна создает вокруг себя иллюзию достатка, но Эймар страшит не нищета и даже не магия ариев. Вспомни мертвое селение в Морее: все боятся подохнуть от руки своего же соседа или превратиться в одержимую тварь. Жить стало опасно — неизвестно, где и когда объявится демон и призовет новые души. По стране гуляет скверна, уничтожая все живое.
— Как Проклятая дорога?
— Нет, ошибаешься. Проклятые дороги — бельмо на глазу у Императора. Они очень опасны, но пока эти тракты — единственная сила, которая его пугает и сдерживает. Лиа, ты наглоталась дыма, и завтра не сможешь продолжать путь, если не отдохнешь, — закрыл тему Хан, обнимая девушку за плечи.
— Ты говорил, что не будешь меня называть именем сестры Герванта.
— Вспомни свое и перестану.
Так само получилось, что Лиандра уснула у Хана на плече. В зале трактира бил гонг, но спящие его не слышали.
Ханлейт проснулся раньше и принес из комнаты Киндара походную одежду Лиандры. Одеваясь, она морщилась от головной боли и с ужасом представляла, как сядет в седло. Помятый вид был у всех разбойников, кроме Хана: Гвидо отчаянно зевал, Гервант мрачно молчал с похмелья, а дварф был до сих пор пьян и с трудом держался на ногах. Неестественно бледный Киндар послал Лиандре воздушный поцелуй и улыбнулся.
На рассвете улицы Ваньяра были пусты, затоптаны множеством ног и запорошены праздничным мусором. Из города разбойников выпустил одинокий стражник. Держась за решетку ворот, он с трудом сохранял равновесие и тупо таращил глаза. Легионеры крепости перепились и спали, как и все остальные горожане.
Отряд выехал на пустую до горизонта дорогу. Начался снегопад. Белое покрывало чистого снега стирало границу чистого поля и тракта и слепило глаза. Гервант с Ханлейтом поехали вперед, а Лиандра отстала.
— Ты подарила мне одну из самых волшебных ночей за последнее столетие, девушка, — ласково сказал Киндар, поравнявшись с ней, — надеюсь, наша маленькая шалость не разозлила твоего сурового друга?
— Которая из них, Киндар?
— И не говори, праздничная программа была насыщенной! — рассмеялся эльф, — но я говорю об эльфийском зелье. Нехорошо бывает только после первого раза, но если привыкнуть, то можно оценить все преимущества дурмана по достоинству. Попробуем еще?
— Ох, нет! — вырвалось у Лиандры.
Киндар снова засмеялся. Подъехав ближе, он шепнул:
— Только одно мне скажи: я не зря старался? Вы с Ханом объяснились?
— Да, мы проговорили до утра.
— Говорили — и все?! Не говорить надо было, девушка! Отвечать на каждое слово Хана поцелуем, чтобы замолчал и перестал думать лишнего, — вот что нужно было делать! Ничему ты у меня не учишься! Положись на свои чувства — они редко подводят. Если я буду вмешиваться и дальше, то могу вам навредить.
Лиандра задумалась, что значил для них с Ханом остаток хмельной ночи, проведенной вместе. Ее гнев на Ханлейта испарился без остатка, но она хотела большего. Возможно, Хан тоже. Просто самая длинная ночь в году для них оказалась слишком короткой…
— Зачем ты хотел нас помирить? В чем смысл для тебя, Киндар?
— У-у! — протянул Златовласка, — ты еще спроси, в чем моя выгода, чтобы я понял, как ошибался, вырывая тебя из лап Герванта! Нет моей корысти, девушка. Глупая ты. «Просто так» — для тебя и такое объяснение сойдет.
От Ваньяра отъехали прилично — город скрылся за снежной пеленой вдали. Гервант повернул на обочину, пропуская остальных. Прищурясь, он оглядывался назад. Лиандра хотела побыстрее проехать мимо — она не знала, как вести себя с нелюдем после их несостоявшейся сделки. Но Гервант сам задержал ее, схватив за локоть и кивнул в сторону города.
— Видишь что-нибудь?
Лиандра пожала плечами.
— Твой выбор Хранителя, сестренка — дурной финт ушами. Не корчи рожи, я не обиделся. Меня беспокоят вон те гости на горизонте. Чует мое сердце, что за нами, но за что такая честь — не пойму. Кто-нибудь сможет объяснить? — громко спросил Гервант.
Отряд остановился. Вдали появились черные точки всадников. Скача во весь опор, они приближались.
— Может, у них свои дела, а, командир? — зевнул Гвидо, — мы что? Мы — ничего, не бедокурили.
— Будем надеяться. Едем, как ехали, не дергаемся.
