— Лично я не видела, как граф оборачивался.
— Тебе что-то Хиланн сказала?!
На моем лице не дрогнул ни один мускул.
— Граф всех убил, потом пришел в себя и повесился… — развивал свою мысль Аджей. — Бред! Это просто бред! Оборотни так себя не ведут! Диана, ты ведь что-то знаешь! Скажи мне!
Я сделала сосредоточенное лицо, выдержала глубокомысленную паузу и очень серьезно произнесла:
— Аджей, я уже все тебе сказала. Необходимо организовать быстрые похороны графа, путем кремации, потом основательно подкрепиться и выезжать в направлении столицы. До конца дня можно еще успеть добраться до Ивертона… Да, и еще тебе нужно подписать бумагу, подтверждающую права наследования Хиланн, чтобы у нее потом не возникало лишних проблем.
Герцог заметно напрягся, набрал побольше воздуха, собираясь долго и со вкусом орать, но потом резко выдохнул и откинулся на спинку кресла. Закрыл глаза на пару мгновений, а потом спокойно сказал:
— Диана, ты не представляешь, какое вызываешь во мне желание…
Моя бровь заинтересованно поднялась.
— … дикое желание… вытрясти из тебя правду любой ценой…
— Или убить, — закончила я за него. — Не волнуйся. Это нормально. Многие люди хотели того же.
— Ты рассуждаешь так, словно ты неуязвима, — произнес Аджей после паузы, в течение которой сверлил меня недобрым взглядом. — А как бы ты заговорила, если бы была прикована к стене в холодном подземелье?! На каждую силу есть своя сила. Чтобы ты стала делать против двадцати нападающих, пятидесяти… против лучников на открытом месте?! Ты тоже была бы столь спокойна и самоуверенна?
Я пожала плечами. Самоуверенной я не была, неуязвимой тоже, но открывать свои маленькие секреты не собиралась. Сказала только:
— Шанс есть всегда.
И это было действительно так. Шанс есть всегда, важно только не проглядеть его и воспользоваться. Не знаю, чтобы я стала делать против лучников или пятидесяти вооруженных людей. Я даже не знаю, что стала бы делать, если бы вчера все наемники напали на меня разом. А уж про то, что могло бы быть сегодня ночью, если бы я случайно не проснулась, и вовсе думать не хотелось. Не приходя в сознание превратиться в кровавое месиво — смерть недостойная Охотника. Надо признать, Дамиэн появился как нельзя кстати, и в то, что за это «кстати» с меня взыщут в трое, я не сомневалась.
— Ты подумала над моим предложением? — сменил тему Аджей.
— Подумала.
— Твой ответ?..
— Ответ будет положительным, если в дополнение к обещанному ты одобришь пару условий.
Герцог прищурился:
— Слушаю.
— Мне нужна свобода действий и перемещений.
— Что это значит?
— Это значит, что я не подчиняюсь твоим приказам и имею возможность оставить охраняемый объект под чужим присмотром, если посчитаю его достаточно надежным.
— Прекрасно! — усмехнулся герцог. — Второе условие?
— Не создавать мне лишних сложностей.
— О! А под этим ты что подразумеваешь?
— Руководствоваться моими… хм… советами в вопросах безопасности.
— Обтекаемая формулировка, — Аджей откинулся в кресле, рассеянно откинул прядь волос, упавшую на лицо.
Красив, красив и опасен. Я невольно залюбовалась им, и, как это часто бывает в таких случаях, благополучно забыла, о чем идет речь.
— В чем это будет выражаться?
— А?!.. — я захлопала глазами. — Ты о чем?
— Я все про то же, — с напускной ласковостью ответил герцог. — Про твои условия.
— А-а-а… Это будет выражаться в том, что если я говорю что-то сделать, ты это делаешь.
— Проще говоря, я должен подчиняться твоим приказам? — демонстрируя людоедский оскал, поинтересовался мужчина.
— Я бы так не назвала, — я улыбнулась со всей душевностью. — Во всяком случае, к любому своему… хм… совету я буду добавлять слово «пожалуйста».
Что-то хрустнуло, и блестящая безделушка, которую Аджей взял со стола покойного графа и все это время крутил в руках, осыпалась на стол мелкой пылью. Герцог задумчиво осмотрел свою ладонь, побарабанил пальцами по столу.
— Все забываю, что ты не совсем женщина, — наконец сказал он, — или совсем не женщина… Это постоянно сбивает меня с толку, — он с улыбкой развел руками, — я не привык к такому.
— И это странно, — в тон ему ответила я. — Бытует мнение, что в основе любой интриги лежат интересы какой-нибудь женщины. Неужели при дворе короля никто не строит козни?!
— Ты не понимаешь, — Аджей махнул рукой. — Там игра, там все по-другому. С тобой не так. А все что необычно, всегда интересно…
Его голос изменился, стал более низким, волнующим. Мужчина снова, как вчера, окинул меня оценивающим, откровенным, заинтересованным взглядом.
— Кстати у тебя красивые ноги, — интимно заметил он так, что я вдруг совершенно неожиданно покраснела. — Это, к сожалению все, что я успел разглядеть в суматохе нынешнего утра, но, полагаю, время у нас еще есть… Я согласен на твои условия.
От злости и недовольства теперь не осталось и следа, и он снова был самодовольным и уверенным герцогом Рагдаром.
Я растянула губы в улыбке и поднялась.
— С вашего позволения, ирье герцог. Пойду собираться.
Он лениво кивнул, продолжая иронично оценивающе меня разглядывать. Под этим, жгущим спину взглядом я и покинула комнату.
