– Я бы хотел это знать и сам. Но в Лабиринтах есть те, кто действительно знает. Ты сам спросишь у них. От Командора тебе уже не спастись – он свободен, ты спускаешься в заточение. Теперь тебе нужно узнать, как выбраться из тоннелей. Каждая башня – сфера. Их соединяют тоннели, числом одиннадцать. В каждом тоннеле страж.
У Андрея потемнело в глазах. Не связанные между собой картины врывались в сознание, и ощущение яви ушло. Клетка же опустилась в ущелье перед входом в одну из башен. Андрей не хотел, но ноги сами повели его вслед за Сарусом, который вошел в башню. По стене широкого колодца шла лестница вниз, и они стали спускаться по ней, пока не оказались в зловонном каменном мешке, в котором чернели три бездонные дыры – три тоннеля, визжащие от бешеного ветра.
– Тебе сюда, – сказал Сарус. – А мне в тот. Постарайся не бояться. Здесь нет времени, и заточение имеет другой смысл.
– Какой?
– Ищи знания. Если успеешь – выйдешь, а нет – тебя сметет в преисподнюю, – сказал Сарус и по-свойски подмигнул. – Однако мне пора. Что касается тебя, то ты можешь стоять здесь вечность, но время не сдвинется. Рано или поздно ты сам войдешь в свой Тоннель.
– Подожди! – Андрею было страшно и хотелось задержать Саруса хотя бы на немного. – А ты раньше был на Земле, раз ты знаешь про земной Орден Сна? Я встречал одного человека в мертвом городе, который мог принадлежать Ордену.
– Да. Я был в мертвом городе за десять земных лет до встречи с тобой. Тогда же в город прибыли эмиссары Ордена. У них была своя задача, о смысле которой я узнал позже. Но тогда я еще помогал им. Я скрыл следы от убийства людей из Команды Z. Золото получил Орден для своих целей. Но эмиссары прибыли в город не за золотом. Они должны были содействовать приходу Их.
– Тогда почему этот человечек… Хигус, кажется… помог мне тогда?
– Значит, он помогал не тебе. Значит, Орри не было выгодно, чтобы Командор завладел твоим телом.
– Но ведь они сами готовили переселение!
– Готовить переселение и переселить не одно и то же. А может быть, они захотели переселить лишь память Командора. Я не знаю. Одно могу сказать точно: то, что Командор попадет наконец в твое тело, явно противоречит их планам. Я был на корабле наблюдателем от Всемирного Ордена Сна. Хигус был эмиссаром земных отступников, которые посчитали, что им не справиться с Орри, а выгоднее быть под ними. И возможно, они захотят помочь тебе покинуть Лабиринты Тьмы. Но сейчас я выполнил свой долг и привел тебя к Командору. Он и получит твое тело.
Лицо Саруса вдруг окаменело, а из правого тоннеля вырвался страшный ветер. Он превратился в смерч, опустившийся на Саруса, и начал стирать его застывшую фигуру в песок, где каждая песчинка, казалось, тонко и злобно кричала, а затем этот песчаный смерч соткал из себя Командора.
– Тебе понравилась под фиолетовой звездой? – спросил он.
– Там кровь хлюпала под гусеницами, – равнодушно ответил Андрей. – Мне бы понравился другой антураж.
– Не преувеличивай, – заметил Командор. – В наших войнах под гусеницами хлюпает машинное масло, а не кровь. Ну разве что ее будет совсем немного.
– Ну а свое место под солнцем я потерял? – спросил Андрей. Он пытался дотронуться до стены, но стена все время уходила и не давала к себе прикоснуться.
– Теперь твое место под Черным Солнцем, – сказал Командор. – Ну а лабиринт – это не только вечное отчаяние, но и вечная надежда. Вечная надежда выбраться. А если учесть, что времени здесь нет, то думаю, не столь принципиально, когда ты выберешься.
– Как?
Командор обвел рукой вокруг. И тут Андрей заметил, что они находятся уже в огромном тоннеле, стены которого сплошь состоят из полок с книгами.
– Здесь книги, написанные в прошлом и написанные в будущем. От тебя зависит, что ты из них узнаешь и что из того, что узнаешь, сможешь применить себе во благо.
– Сарус сказал, что если здесь задержаться, то меня сметет в преисподнюю.
– Значит, у тебя будет стимул постигать неведомое. Тебе будет страшно, но если этого не делать, последствия будут еще страшнее. Особенно, если ты дождешься здесь Легионов из Бездны, – зловеще сказал Командор, и лицо его постепенно менялось, вздуваясь желваками, пока черты его не стали чертами Андрея. – А сейчас мне пора.
Он повернулся и осторожно поставил ногу на ступеньку лестницы, словно боясь, что она исчезнет, а Андрей заметил, что они опять в каменном мешке. Командор поднимался, и ступени твердо держали его, а за ним таяли. Вскоре никого, кроме Андрея, не осталось на площадке перед визжащими тоннелями. Но каким-то образом Андрей знал теперь это место, как человек, который только что проснулся в своей постели и, протерев глаза, понял, где находится.
Входная дверь оказалась не заперта, и это был плохой знак. Тяжело дыша, Кея прошла по темному коридору и увидела Андрея. Он стоял на кухне, лицом к окну, за которым щебетали вечерние птицы, но не повернулся, хотя наверняка слышал ее шаги.
– Андрей… – неуверенно окликнула Кея.
– Теперь ты можешь называть меня Командором, – донесся знакомый голос.
– Андрея больше нет?
