– Нет, теперь только я, – ответил Командор, так и не оборачиваясь.
Кея повернулась, прошла из кухни в спальню, остановившись у прозрачных балконных дверей, за которыми пылился телескоп. Прижав ладони к холодному стеклу, за которым разливалось покоем безоблачное майское небо, она вглядывалась в весенний вечер и ничего не видела, пока не заметила призрачное отражение лица Андрея.
– Ты хочешь вернуть его? – спросил Командор. Он уже стоял за спиной.
Кея не ответила.
– Я должен бы убить тебя, Кея, за все, что ты сделала, и ты это знаешь. Но я обещал помочь твоему другу.
– Как ты обещал ему помочь? – Кея повернулась.
– Перед отлетом на Крон он потерял сознание. Мы разговаривали с ним. Я сказал, что если он сможет вернуться на Землю живым и невредимым, то он поможет мне, а я затем помогу ему, – ответил Командор. – И Андрей свою часть уговора выполнил. Он вернулся живым и этим помог мне получить тело. Теперь я выполню свою часть уговора.
– Ты найдешь ему новое тело?
– Нет. Это ты найдешь ему новое тело. Я лишь подскажу тебе, как это сделать.
– Но это невозможно. Без помощи Орри это невозможно.
– Ты сможешь.
– Говори как, – хрипло выдохнула Кея.
– Не горячись, выдержка и хладнокровие тебе еще будут нужны, – сказал Командор. – План сложный, но выполнимый. Прежде всего ты должна найти Кунца. Если ты убедишь его помочь тебе, он укажет на подходящего донора.
– Донора может не быть на Земле!
– Найдешь вне Земли, – спокойно сказал Командор. – И в положенный срок приведешь его в Замок.
– А снять кокон?
– В Замке кокон все равно не поможет. А до Замка донора проведешь ты. Тебе не в первый раз.
– Но как попадет в Замок Андрей? Кто разыщет его в лабиринтах? Кто сможет сделать это, кроме Орри?
– Есть такой человек. И ты с ним даже знакома. Ты разыщешь его на Востоке.
– Неужели…
– Тогда, на Востоке, Хигус не давал мне выйти из лабиринта, когда я разговаривал со Андреем. У него есть какая-то сила и не понятная мне связь с этим парнем. Хигус может попасть в Лабиринты. Не знаю, зачем ему помогать Андрею, но ты разберешься.
– Я разберусь.
– Или заставишь.
– Заставлю.
– Вот и хорошо. Не сомневаюсь, ты спасешь Андрея. Только учти: тот, кто побывал в Лабиринтах, становится другим человеком.
– Так он тебе нужен? Учти, если я его спасу, то уже не отдам тебе!
– А он не будет нуждаться в твоей защите, Кея. Покинув Лабиринты, он сможет то, что обычным людям не под силу. Знания, с которыми оттуда выходят, заставят потесниться даже Орри. А вместе мы сможем многое. Мы сможем объявить войну Бессмертным.
– Смертный может победить Бессмертных?
– Может, если знает секрет бессмертия.
– А не нашел ли этот смертный себе могущественных покровителей в лабиринтах?
– Нет, – рассмеялся Командор. – Но Коменданты станут бессмертными ненадолго, уверяю тебя.
– Но у тебя нет Армии.
– Армия у меня скоро будет. И твой друг мне в этом поможет, – сказал Командор и едва заметно улыбнулся. – Ведь мы с ним родственные души, Кея. Мы – родственные души.
Командор открыл балконную дверь, и от свежего ветра занавеска взметнулась, покрыв его плечи словно плащом. Он вышел на балкон, свободным взглядом окинул городской пейзаж такой тесной для него планеты и дотронулся до телескопа, обратившего свой широкий раструб в небо. Командор поднял голову. Где-то там, далеко-далеко, за яркой звездой Арктур, единственной звездой, которую можно наблюдать даже днем, дремал до поры флот мертвого генерала Друдо.
Черные тучи с багровыми просветами закрыли небо над единственным космодромом планеты Лока, и казалось, наступила ночь. Куратор перемещенных лиц Ют Доро прошел в дальний конец бара, всегда освещаемого скупым красноватым светом, и подсел к единственному посетителю, дремавшему за маленьким пустым столиком. В руках куратор держал два бокала, и один из них он с громким стуком поставил напротив спящего.
Дремавший человечек встрепенулся и поднял опухшие веки. В образовавшихся щелочках слезились глаза. Он молча взял бокал и долго пил маленькими судорожными глоточками, а отпив половину, откинул голову и страдальчески прикрыл глаза, словно борясь с тошнотой.
– Вообще, выпивкой я беру только тогда, когда нечего сказать, – наконец облегченно выдохнул он и вытер пот со лба пухлой рукой. – Когда же информация у меня есть, я всегда беру деньгами.
– И чем же ты возьмешь сейчас? – спросил куратор, невольно озираясь. – И где наш полковник? Неужели ты его напоил до такой степени, что он не вышел на работу?
– Нет, он со мной не пьет. Я ему не интересен, – ответил человечек. Мучительная гримаса с его лица окончательно сползла, а в голосе появилось благодушие и даже игривость.
– В таком случае, о деньгах забудь. Ведь никакие другие сведения я не оплачиваю, – подчеркнул куратор.
– И все-таки придется перевести кое-что на мой богом забытый счет. Ваша таблеточка на него подействовала. Вечерами он себе наливает, а я часто сижу за стойкой.
