Высказывается как будто правда, и сердце как будто успокаивается, но эта правда — ложь, этот покой — хуже безпокойства! Ужели правда, будто одним только ученым и премудрым дано ведать волю Божию? Нет!
Итак, грешно нам, братие, говорить: «Где нам знать волю Божию? Мы люди темные». На что ж у нас совесть? На что и служители алтаря Господня, назначенные для возвещения воли Божией? Внимайте, братия, своей совести, и вы узнаете волю Божию; обращайтесь чаще с вопросами к служителям престола Божия, и вы узнаете волю Божию; молитесь чаще и усерднее Подателю всякой мудрости, и вы узнаете волю Божию. «Мы и рады бы ходить в церковь на службу Божию, да работы наши не дают нам на то времени». Итак, мы дорожим нашими работами, потому что ими поддерживается жизнь наша телесная;
Мы не имеем досуга каждый день посещать храм Божий, но Господь этого и не требует от нас:
«Рады бы мы, — говорят иные, — и молиться Богу; но хребет наш после дневных трудов и поклониться не может». Так-то всегда бывает у нас! Нужно добыть нам пищу, и хребет наш легко наклоняется; а нужно Богу молиться, он и наклониться не может. Нужды-то наши телесные, видно, все впереди нужд духовных… Но если хребет наш или колена от усталости не хотят послужить Богу, будем, по крайней мере, работы наши начинать с благословением Божиим, продолжать с благочестивыми чувствами, оканчивать с благодарною к Богу молитвою; тогда и работа наша будет вместе приятным служением Богу. Или и это для нас тяжело? Но, скажите, ужели же ум наш во время работ ни о чем не мыслит? Ужели и язык наш остается совсем неподвижным? Никто сего не скажет.
А если уста наши без усталости празднословят, а во время молитвы чуть движутся, что тому причиной? Итак, сами мы виноваты в том, что не служим Богу каждый в своем звании и состоянии. «С утра до ночи, — говорят, — мы на поле, с утра до ночи работаем: когда же нам молиться, когда служить Богу?» Тут-то и случай молиться, тут-то и случай служить. Давно сказано, что праздность есть мать всех пороков; а когда мы в трудах и занятиях, — тут уж мало места пороку; а когда труды свои освящаем еще и молитвою и благочестивыми размышлениями, то что такое работа наша, как не служение Богу?
Кто был святой Антоний Великий? Самый строгий подвижник пустыннической жизни. А он служил Богу и плел корзины.
Кто был святой апостол Павел? Самый ревностный благовестник Христов. А он служил Богу и делал палатки.
Кто был святой Иосиф, обручник Пресвятой Девы? Воспитатель Самого Спасителя. А он служил Богу и занимался древоделием… Можно же есть и пить во славу Божию (см. 1 Кор. 10, 31); как же можно думать, будто работы, приличные нашему званию, могут мешать служению Богу? Только плоть наша ленивая может внушить подобную мысль:
Вот, Боже наш, до чего мы дожили!.. Ты послужил для нас, приняв на Себя зрак раба, послужил до кровавого пота, до самой смерти. Ты и доныне подаешь
