— ОН ЖЕ, ТВОЙ, СЫН! ПОЧЕМУ, ТЫ, ПОЗВОЛИЛ, ЕГО, УБИТЬ?! — на каждое слово Хазем получал удар по лицу, но он не щурился и не моргал, продолжал удерживать сознание и смотрел на Рюгу, — ЧТО ТЫ ЗА ОТЕЦ ТАКОЙ!
Тяжело дыша, девушка застыла с занесенным кулаком.
— Ни… никчемный, — прохрипел Хазем, — я не иметь право называть себя отец.
Рюга встала, словно пьяная отшатнулась от торговца. Пнула песок ногой присыпав его лицо, затем рухнула на колени.
— Зачем закопал так глубоко?
— У нас такой обычай, ветер мочь поднять земля и нарушать покой.
Хазем встал, из рукава достал круглую серьгу похожую на браслет.
— Я подарить ему этот круг, когда он быть юн. Алмас носить его до свой последний день.
— Если жить хочешь, вали старик, меня воротит от тебя, — прошипела Рюга.
— Лишь отдать круг тебе. — Хазем подошел, чуть не свалившись на ровном месте, уперся в колено, наклонился, положил украшение перед девушкой.
Рюга глядела на украшение. Даже в лунном свете было видно, что серьга вся поцарапанная и кривая, а белый камень, нанизанный, посередине покрылся трещинами. Дождавшись пока Хазем уйдет, она поджала украшение пальцами, прижала его к груди, уперлась лбом в песок.
Медленно к девушке подобрался носорог. Ткнул клювом в плече, протрубел, так тихо, что получился хриплый писк. Рюга понимала его намерение — хотел погладить. Она обняла зверя, запустила руку в бороду, которая пахла лесом.
— А я тебе имя придумала.
Носорог обдал ее горячим дыханием.
— Багорой будешь. — Рюга отодвинулась и поглядела на зверя, два глаза сфокусировались на девушке, только сейчас она увидела, что они различались, у одного зрачек был шестигранным, а у второго круглым. — Согласен?
Зверь еле слышно протрубил.
— Вот и хорошо.
Утром Рюга вернулась к лагерю на носороге. Небольшое кострище, три палатки, два кута лежали клубком, так чтобы не сбросить седло с сумками на спинах.
У костерка сидел Фин и подкидывал мелкие веточки, которые смолили дымом.
— Привет, — окликнула Рюга.
— Ты вернулась. — Сильфир попытался улыбнуться.
— Ага. — Девушка села рядом и прислонилась плечом к товарищу, затем положила щеку на макушку.
Фин встал и сравнялся с ней по росту, обнял.
— Мне жаль, что так вышло.
— Да… вышло.
Постояв так пару минут, гонкай протерла опухшие глаза. Поглядела на сильфира.
— Ты тут как?
— Все хорошо. Думаю, я нашел кое-что. — Финланд сел напротив гона. — Даже не знаю, с чего начать…
— Он хочет убить тут всех, Фин…
— Знаю, в них частички Махабира.
— Да.
— На это уйдут годы, я думаю, он летает вокруг день и ночь, чтобы медленно вбирать крупицы из тех, кто умирает.
— Думаешь, он не может поглотить всех разом? — спросила Рюга.
— Не уверен, но насколько я понял…
— Говори, я пойму, — сказала гонкай, впервые Фин ощутил в ней что-то чужеродное.
— Я обсуждал это с Хаземом и Сайфом, думаю, что Кашим не может поглотить частицы Махабира, если айну умер от его руки.
— Но почему он не соберет армию, которая вырежет всех без разбора?
— Это намерение против себя, я полагаю… Это как если бы кровники питались духом из собственной крови. Он не может осознанно навредить себе. — Фин выдохнул. — Думаю, он настолько слился с Махабиром, что воспринимает других как частицу себя.
— И при этом желает всем смерти. — Рюга поглядела на костер.
— Я также думаю, что он не может поглотить слишком много за раз, — добавил Фин, — Ритуал вознесения предполагал, что части Махабира будут вливаться в новые поколения жителей этой страны. Они будут расти заводить семьи и умирать, просто жить свою обычную жизнь, так этот… бог хотел отправиться на небеса.
Фин глянул на Рюгу, ожидая критики. Но гон вместо этого вспоминала свои видения, где мельчайшие крупицы плавно летят в ночное небо.
— Я больше не считаю, что это выдумка Фин. — Острой ладонью, будто ножом девушка потыкала себя в грудь. — Он тут, я такая маленькая по сравнению с ним Фин, даже если бы весь песок из этой пустыни собрать я в нем была бы бесконечно меньше песчинки.
Гонкай посмотрела на сильфира.
— Но он не пытается завладеть, хотя мог бы, он хочет исхода, но не может потому что… — Рюга умолкла.
— Потому что не способен действовать против себя сам, — закончил Фин.
— Я тут с одним стариком… Время провела. — Рюга показала пальцем на лицо поверх которого вспыхнул череп демона. — Он сказал, что есть еще два осколка.
У Фина загорелись глаза.
— Думаю, мне удалось найти место, где он может быть. — Сильфир начал копаться в сумке, достал свою книжку. — Я скопировал это в храме.
Он показал девушке набросок с восточными городами, за стеной на северо-востоке Фин расчертил сложное переплетение кругов и линий.
— И почему Кашим до сих пор не нашел его? — спросила Рюга.
— Координаты заложены в кристаллах Сайфа, Хазема и…
— И… — Красные глаза гона были так близко, что сильфир отшатнулся. — Кого, Фин?
— Сахин, она… вы дрались у ворот.
— А-а-а…
— Она не враг, она…
— Мне плевать. — Рюга встала. — Я пойду туда, ты со мной?
— Я хотел…
— Нет уж, ты точно пойдешь со мной, Фин.
— Рюга, я думаю…
— Я не доверю тебя никому!
