Гон кинулась на него, чтобы ударить костяным кулаком. «НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО!» — заорал голос внутри. Но было поздно, кулак столкнулся с духом Кашима.
В этот момент Рюга осознала — теперь он знает все. Как выглядит сестра, где их школа, кто ее Мастер и кто все ее товарищи в Холмах.
— Кажется, нас хотят прервать, — сказал старик, воссоздав облачное тело, — Сильфир? Большая удача, наконец я смогу убить эту змею!
(Сейчас)
— Рюга ты как, — тревожно спросил Фин.
В воздухе еще летала золотая пыль от принесенной в жертву Имперской монеты. Из носа Рюги текла кровь. Вдруг она поняла, что лежит в омуте из змей, которые расползались как водомерки от булыжника.
Сильфир увидел панику в ее глазах.
— Успокойся, все хорошо!
— Фин, он, он сказал, что знает! — девушка задыхалась. — Знает, где мы!
— Кто он?
— Кашим!
— Это все было иллюзией, Рюга успокойся, тебя просто испытывали!
— Ты не понимаешь, я чувствовала, что он не врал.
— Она права, — раздался голос Шакат из тени. — Чужеземец уже здесь.
Гигантская комната затряслась от толчка на поверхности. Грохот продолжился обвалом глыб с потолка. Ручьи воды ворвались в залу.
— Сайф, уведи их! — приказала Шакат и кинула ему обруч со своей руки. Кот ловко поймал, рванул к гону.
Змеи из яйца с Рюгой ручьями выползали наружу. Она вдруг поняла — у нее нет духа. А тело от двух недель без движения не слушалось.
Фарнис подбежал к девушке, взвалил ее на спину. Разница в росте была такой, что руки-ноги едва не шаркали по полу. У Рюги закружилась голова, она согнулась в позыве рвоты, но поняла — нечем.
— За мной Финланд, — окликнул он сильфира, который не сводил глаз с наги, которая не собиралась уходить.
— Мы что бросим ее?
— Так она велит, ЖИВО! — крикнул кот, еле ловя равновесие.
Троица убежала в узкий туннель.
Комната начала заполняться живым туманом, который медленно сформировался в силуэт Кашима.
— Приветствую, Шакат, — с эхом проговорил старик.
Нага не ответила, просто продолжала сидеть на каменном троне и разглядывать своего злейшего врага.
Патриарх надвигался.
Каждый шаг вихрем вышвыривал всю грязь из-под ног. Он встал и посмотрел на гигантскую королеву.
— Чего ждешь, твоя добыча уходит, — наконец заговорила нага.
— Еще не время.
— О-о-у, сам выращиваешь себе врага?
— Скорее мясо к обеду, — сказал Кашим, продолжая подходить.
Нага едва заметно наклонилась. Сжала когтистыми пальцами каменные подлокотники трона. Удар хвостом был настолько резким, что мог вмиг убить любого, даже самого сильного, зверя. А дух в нем наверняка свалил бы патриарха в те дни, когда он еще был человеком.
Но вместо этого разлетелся на кости, кровь и ошметки о невидимый воздушный барьер. Шакат слегка поморщилась
— Закончи это поскорее, — сказала она, не теряя достоинства.
— Да.
Кашим встал в стойку, сжал кулак.
— Мне передать что-то Даудешу? — спросил старик.
— Скажи, что у меня есть только один сын.
Не было момента, когда Кашим наносил удар. Его рука просто оказалась в другом месте.
Тело бесплодной матери развеялось в жутком вихре из крови и плоти, окрасив трон, стены и пол вокруг в темно-фиолетовый цвет. Украшения с тела змеи градом пробарабанили по камню разорванные на мелкие клочки.
Кашим выпрямился. Он смотрел на останки наги, в луже крови поблёскивал темный камень со лба змеи. Старик потянулся к нему, но едва его пальцы подобрались к темному кристаллу, тот превратился в мельчайшую пыль.
Сайф вывел Рюгу и Фина к подземной реке. После отплытия на длинной лодке он взорвал проход залпом фиолетовых стрел.
— Вот, надень, — сказал фарнис, протягивая Рюге волнистый широкий ободок.
— Что это? — недоверчиво спросила девушка.
— Носи его всегда, так чужеземец не сможет найти тебя в образе Дарахаша.
Рюга посмотрела на вещицу пристальным взглядом. Тусклые светящиеся узелки зелеными нитями соединялись вдоль всего украшения. Гон надела ободок, он оказался очень удобным и хорошо держался на голове.
Погони не было.
Они плыли неделю по узкой быстрой реке. Русло было почти прямым, будто сделано искусственно, временами в туннеле завывал ветер. Кристаллические фонари на носу и корме лодки подсвечивали небольшой отрезок пути.
Сайф также припас немало еды, будто готовился к подобному исходу. Фин постоянно расспрашивал фарниса обо всем, что было ему интересно. История Махабира, фауна. Несколько раз в день он зажигал толстую свечу и снова перечитывал свои записи и один свиток, который взял из библиотеки Шакат.
Рюга все время медитировала, выполняла оздоровительную гимнастику, которую терпеть не могла, почти не разговаривала. Ее кости окончательно зажили, а мышцы понемногу восстанавливались.
Несколько раз гон спускала лодку духовым скелетом с небольших водопадов. Арку на каждом таком уступе обрамляли гигантские скульптуры рук, сложенных дугой. Ощущалось, словно они готовы схватить любого, кто попытается пройти под ними.
Фин зарисовывал скульптуры, что-то записывал, находя в них отличия. Фарнис сказал, что понятия не имеет, когда и кто их сделал.
Тишина, отсутствие света, эхо от капанья воды мало-помалу сводили Рюгу с ума.
