Если бы Нармо знал, какое благо мог совершить, собрав все камни! Но кто же ему сказал? Нельзя, не время… Кто устанавливал эти законы? Сумеречный Эльф все чаще хотел их нарушить. Впрочем, не для таких, как Нармо, предназначались великие чудеса.
«Выжил все-таки… – продолжал рассматривать чародея Страж, заслоняя собой портал и доставая меч. – После получения такой силы далеко не все выживали. Не все… А эти самоцветы – осколки могущества семарглов? Их следы во Вселенной? Пойманная в оковы благодать первых дней творения. И Нармо превратил ее в концентрированную тьму. Хорошо, что только в этом мире додумались ее так изуверски скомкать и присвоить себе. Хорошо, да толку-то? В других мирах рушат всё иначе, каждый по-своему. А итог один: пустошь».
За спиной переливался зыбкими искрами портал. При всей своей мощи Нармо был все еще закован в рамки закрытого мира, Эйлиса. Издревле магия так плотно оплела его, что даже астрономы технически продвинутых планет не находили Эйлис возле Сураджа, веками гадая, что создает магнитное поле. Но зато по силе Нармо сравнялся с Сумеречным Эльфом. И впервые за много веков Страж опасался допустить ошибку в поединке.
Рефлексы его обострились, взгляд улавливал малейшие движения чародея, который достаточно вольготно прогуливался по тронному залу. И сквозь пробитую кровлю сыпались из разоренного сада бесчисленные лепестки алых роз.
– О! Хрестоматийно! – раскинул руки захватчик. – Кольцевая композиция. И снова на том же месте!
Да, все верно, но прошлая встреча была иной, более приятной. Тогда Сумеречный Эльф говорил с человеком, а теперь точно глядел на отражение худших черт своей сущности. И все театральные ужимки Нармо получались неестественными, он сам судорожно хватался за них, хотя бы за них, раз ничего не осталось, чтобы сохранить свою расколотую личность. А он-то рассчитывал получить такую мощь безнаказанно!
Если бы тогда, две с половиной тысячи лет назад, семарглы подумали, что человеческий разум в какой-то момент вскипает и не выдерживает такого груза… Впрочем, тогда бы этот полоумный монстр беспрепятственно ринулся на Землю именно в такой день. Поэтому Сумеречный Эльф решительно сжал рукоять меча, легким движением занося его для атаки.
– Мой друг поклялся защищать портал и Землю. Долг моего друга – мой долг, когда он в беде.
– Слушай, отлезь по-хорошему. – Нармо поморщился, небрежно махнув Стражу, точно речь шла о пустяке, однако ухмыльнулся. – Иди спасать своего крошку Раджеда с его девчонкой, а то вы же не можете друг без друга. А мне оставь Землю на разграбление. Я быстро, обещаю!
Ярость вскипела в венах, пронзила стрелой разум. Такая уж ли видимость тела? Такой уж ли призрак? Он чувствовал как человек и ради людей встретил атаку десяти багряных лезвий. Они высекли искры, когда вгрызлись в клинок меча без крестовины. Ярче обычного проступил на нем крылатый ящер, а сам Сумеречный Эльф предстал в кольчуге из драконьей кожи. Сменил одежду, как хамелеон кожу, показался в своем облачении, которое носил еще в самом начале долгих странствий.
Именно этим мечом он сразил когда-то ледяного дракона, из шкуры которого сделал доспех. Кто знает, может, в жадного ящера обратился какой-нибудь такой же неуемный чародей, желавший все и сразу. Именно огромную рептилию напоминал теперь Нармо. Он шипел и рычал, а за спиной его вился столб дыма, напоминавший кожистые крылья.
Сумеречный Эльф ожесточенно отразил несколько выпадов, скорость поединка с первого мгновения превышала восприятие человека. Они носились со стремительностью двух пуль, не замечая ни тронный зал, ни пол под ногами, перемещаясь по потолку и остаткам стен. Два ожесточенных существа. Сумеречный Эльф и Нармо Геолирт. Такой же… Как кривое зеркало на Стража – Разрушитель.
Мечи сцепились завывающими койотами, сталь звенела, отражая полупрозрачные лезвия, а противостояние перенеслось на уровень линий мира. Нармо с бессмысленным торжеством ломал их, превращая пространство вокруг себя в черную дыру. В нее уже утягивало мелкие предметы, ветром клубилась пыль, создавая смерчевые вихри.
«Еще немного – и Эйлис расколется на части!» – спохватился Сумеречный Эльф.
Тогда он немедленно перенесся на уровень рычагов, знакомый, изведанный. Однако обычно он лишь немного что-то подправлял, опасаясь сломать, ныне же приходилось устранять неполадки небывалой величины. Линии лопались, как сосуды, и из них с протяжным воем вытекала белесо-синими облачками сама жизнь. Страж судорожно восстанавливал то, что Нармо рушил каждым своим движением. Но все спешные действия напоминали наложение крошечного пластыря на поврежденную артерию. Обезумевший чародей, похоже, даже не понимал, что творил.
«Ты рушишь мир! Миры!» – безмолвно кричал Сумеречный Эльф, пока его меч выписывал пируэты бессмысленных атак.
