В очередной приём, который я назначила Кате на первую половину дня, она заглянула в кабинет и, застенчиво улыбаясь, попросила разрешения войти. Я всегда была рада её видеть как-то по-особенному – настолько она была милой, добродушной, в общем – замечательной во всех отношениях. Даже внешне она производила самое приятное впечатление: невысокого роста, с миниатюрной фигурой, светлой кожей и русыми волосами до пояса, почти не использующая косметики (при этом всё её лицо излучало воодушевляющий свет). Носила она преимущественно платья и юбки свободного кроя, что придавало всему её облику невероятную женственность и невесомость. Вдобавок ко всему она обладала приятным нежным голосом, звучание которого просто убаюкивало и вызывало желание слушать его снова и снова. Признаюсь: общаясь с Катей, я, несмотря на то, что была немного моложе, по-доброму завидовала ей как женщина и считала себя рядом с ней не такой утончённой, «резковатой» что ли, со своими насыщенно-каштановыми волосами, острыми чертами лица, выдающейся грудью, тонкой талией и приметными бёдрами, что делало мою фигуру похожей на песочные часы. Мой звонкий голос никак нельзя было назвать дивным и успокаивающим: на работе и в повседневной жизни постоянно приходилось следить за собой и понижать его громкость, поскольку даже меня он порой начинал раздражать. Хотя всегда привлекала внимание мужчин своей яркой внешностью, которую умело подчёркивала при помощи гардероба и макияжа, сама я считала, что истинная женская привлекательность присуща таким хрупким и изысканным натурам, как Катя. За время беременности она набрала лишний вес и её лицо приобрело несколько иные черты, но даже это не лишало её природного очарования и изящества.
Я, как обычно, улыбнулась ей и пригласила зайти. Катя вдруг скрылась за дверью, а через несколько секунд завела мужчину в деловом костюме с букетом цветов в руках. Спутник Екатерины быстро осмотрелся по сторонам, потом уставился на гинеколога своей супруги с таким выражением лица, как будто ожидал увидеть тут кого угодно, только не меня. Я после недолгой растерянности даже встала со своего места и стала рассматривать вошедшего посетителя.
Катя широко улыбнулась:
– Инга Леонидовна, извините за такое вторжение, я знаю, на приём можно только пациентам, – она взяла мужчину под руку и подвела ближе к столу, – но это мой муж Кирилл… – она запнулась. Потом продолжила: – Игоревич. Мы у вас вместе ведь не были, это в самом начале нашего… лечения мы ходили к врачам вдвоём. Потом уж я одна… – Она была очень взволнована.
– Здравствуйте, – как-то нерешительно произнёс муж Екатерины и кивнул мне.
– Добрый день! Рада знакомству, – сказав приветствие, я хотела протянуть ему руку, но мысленно остановила себя.
Катя продолжала улыбаться и, очевидно, была рада нашему знакомству.
– Инга Леонидовна, первые месяцы я боялась всего, даже не могла поверить, что у нас получилось. – Она сжала свободную руку супруга своей, потом выдохнула и продолжила: – Но сейчас уже успокоилась. Уверена, что всё будет хорошо! – Екатерина взглянула на мужа, как бы ища у него поддержки и одобрения, и когда он ответил ей улыбкой, перешла к сути их визита: – Мы хотим поблагодарить вас за то, что вам удалось… – Она сбилась и пыталась подобрать слова. – Вы так много сделали для меня, – она снова посмотрела на мужа, – для нас. От вас исходит такая поддержка, вы вселили в меня уверенность и желание идти вперёд, продолжать лечение и вот теперь…
Я дождалась паузы в её речи:
– Катя, вы, как всегда, преувеличиваете. Я врач, это моя работа, я должна быть рядом с пациентом и делать всё от меня зависящее, чтобы лечение дало хорошие результаты. К тому же вас и до меня наблюдали грамотные специалисты. В совокупности все применённые методы принесли свои плоды.
Катя не унималась:
– Нет, нет! Инга Леонидовна, как раз на первом приёме у вас я поняла, что в надёжных руках! – Она подёргала мужа за руку: – Кирилл, ну, подтверди, я ведь тебе сразу тогда сказала: «У нас всё получится!» Вы так профессионально и подробно нарисовали мне схему дальнейшего лечения, что я вам поверила!
– Да. Спасибо вам! – Кирилл неловко протянул мне букет, а я, смутившись, как будто подслушивала чью-то похвалу не в свой адрес, не менее неловко приняла его.
Поискав глазами вазу на подоконнике и не найдя, я положила цветы на тумбочку, которая стояла позади меня, решив поставить их в воду после окончания приёма. Я села в своё рабочее кресло и пригласительным жестом руки указала на стулья напротив и сбоку от меня:
– Спасибо вам, Екатерина и… Кирилл, за такие слова и за цветы. Я, признаюсь, радуюсь каждому успеху в своей работе, и то, что вы совсем скоро станете родителями, для меня личная радость, поверьте! Тем более, Катя, вы меня к себе сразу расположили и для меня каждый ваш приём был своего рода долгожданной встречей, – я улыбнулась, глядя ей прямо в глаза.
– А знаете, почему, как мне кажется, вы такой замечательный репродуктолог и гинеколог? – ответила на мой взгляд Екатерина.
