Ух ты, сколько оптимизма! Но покидать эти стены мне совершенно не хочется, но как объяснить это подруге-Нервно затеребила бархатный конец пояса платья. Но если я не помогу Лиз, она останется в рабынях навсегда, тогда как я стану свободной. Страх до того неявный стал медленно подниматься из груди, устремляясь к сердцу в попытке охватить его своими шипастыми лозами. Быть непонятой любимой подругой пугал до вспотевших ладоней. Одолевали сомнения: рассказывать потом или нет-Есть большой риск (в том случае если промолчу), что Лиз узнает все от персонала тут работающего. А как говорится от чужих узнавать себе же дороже. Боком выйдет.
На мгновенье зажмурилась. Придется, рассказать все как есть.
— Я даже не знаю, как выбраться отсюда на поверхность, — вынырнув из размышлений, ответила, разведя руки в стороны.
Рыжие брови Лиз сошлись на переносице.
— А может сквозь те порталы, через которые мы проходили-задумчиво пробормотала подруга, постукивая пальцами по подбородку и поглядывая на потолок, будто там находился ответ.
— Не знаю, я никого еще об этом не спрашивала. Боюсь вызвать подозрения.
Лиз кивнула, принимая мое оправдание, задумчиво проговорив:
— Но если этот портал закрыт для перехода на поверхность, то надо бы раздобыть карту с подземными ходами.
— Угу. Главное чтобы нас выпустили за пределы «особняка». -Скептицизм прорвался наружу, а губы недовольно искривились.
— Выпустят, — уверенно заявила подруга, не обращая внимания на мой тон. — Слышала, что тут вроде имеются грибные сады или плантации… Неважно. Так вот, туда рабов посылают собирать урожай. Мы можем напроситься со всеми, ну а там дело техники.
— Эй, точно фэнтези не читала-прищурившись, подозрительно поинтересовалась я.
— Немного логики и выводы сами собой напрашиваются. — Постучала Лиз себе по лбу пальцем, улыбаясь при этом. — Только одно беспокоит: браслет. Что они делают-Надеюсь, там нет маячка?
— Да, нет, вроде, — с сомнением произнесла я, разглядывая красивое украшение на запястье. — Это предупреждение другим Домам, чтобы нас не трогали, если куда-то выйдем. Только со слов Кэр, это малоэффективно. Поэтому рабов везде сопровождает охрана.
— Вот ка-а-ак, а я об этом и не знала, — протянула Лиз. — Лучше бы они туда сигналку вставили, чтобы оповещала при попытке выкрасть собственность.
Я хихикнула, представив, как это выглядело бы со стороны. А затем резко замолчала и, выдохнув, проговорила:
— Мне тебе нужно кое-что рассказать.
— Все-таки решилась, — констатировала подруга, принимая очень внимательный вид.
Я, молча, кивнула и рассказала о своем новом статусе и его последствиях. Обо всем том, что узнала сама и что вообще думала по этому по воду. А думала я только о том, как мне хорошо рядом с Даром.
— Елька, ты… ты… Да как такое возможно?! — воскликнула Лиз по окончании моего короткого повествования, а я зашипела на нее призывая сбавить громкость. — Елька, ты не можешь его любить!
— Почему это-искренне удивилась я: мои брови взлетели вверх.
— Потому что мы из разных миров, — лаконично заметила подруга, подаваясь ко мне вперед.
— Не вижу проблемы. — Я пожала плечами.
— А как же твой отец-А как же я-вдруг каким-то надломленным голосом поинтересовалась подруга, а в зеленых глазах собрались слезы.
— Лизок, ты чего-Я тебя ни за что не брошу и помогу с возвращением домой.
— Но тебя там не будет. — Шмыгнула носом она.
— Я не могу допустить, чтобы ты всю жизнь проходила в рабынях, пусть и лелеемая, но без возможности выйти замуж. И без возможности иметь детей столько, сколько сама захочешь. Да и разве я смогу вынести, видя тебя каждый день прислуживающую мне или другим домочадцам. Это неправильно.
— Неправильно оставлять нас — родных тебе людей — ради какого-то эльфа!
Тихо вздохнула. Только не в моем случае. Я увязла по уши. Добровольно.
— Он, моя пара, Лиз, — мой голос звучал спокойно, и даже как-то устало. — Как говорят — Судьба. А от нее нет спасенья. Я ведь и правда его полюбила. Наверное, с первого взгляда, только не совсем понимала своих мечущихся чувств. Наша связь все расставила по местам.
— Так ты все же спишь с ним. — Сердитый взгляд и обвиняющий тон меня нисколько не задели. Не из-за чего было просто сердиться или обижаться.
— Нет. То есть, да, но не в том смысле, в котором ты подумала. Он вливает в меня «манну», что ли. Во мне ведь открылись способности к магии, Лиз.
— Серьезно-Брови Ситар взлетели вверх.
— Ага. Только я еще не умею ею толком пользоваться. Ну и боюсь естественно, немножко.
— Все равно не понимаю. Ради неизвестного мужика бросить всё и всех кто тебя любит и кому ты дорога, — пробурчала Лиз. И по ее тону поняла, она практически сдалась меня вразумить. Теперь попытается понять и в какой-то мере помочь.
Усмехнувшись, обняла Лизок со спины (хорошо, что она встала перед этим), положив подбородок ей на плечо:
— Вот как полюбишь…
— Ой, Елька, вот только не надо говорить таким тоном, словно умудренная годами женщина или бабулька на лавочке, — фыркнула подруга, похлопав своей ладонью по моей руке обхватывающую ее за талию.
