Валиан. Было слишком темно, чтобы разглядеть его во мраке леса, но я точно определила его местоположение. Огонек в груди яростно трепыхнулся, пытаясь освободиться от оков, взметнуться ярким пламенем и наказать того, кто принес мне столько боли, но я лишь стиснула зубы, подавляя порыв. Нельзя. Слишком сильны эмоции, слишком много боли, я могу не удержать пламя, поддаться ненависти, и лес вспыхнет. Свободному пламени не место среди густых деревьев.
— Меня никто не удерживает, граф, — раздался в напряженной тишине голос правителя. — Как видите, мы здесь по собственному желанию.
— Неужели меня ввели в заблуждение, ваше величество? — продолжал ломать комедию советник. — Мне сообщили, что вы и ваша семья похищены, и не кем-нибудь, а Драйгами!
— Драйгами? — едва слышно спросила принцесса. — Они действительно существуют?
— Приятно познакомиться, — шепотом ответила я, заметив быстрый заинтересованный взгляд девушки. Надо же, какая выдержка.
— Почему он считает, что вы нас похитили?
— Не считает — играет свою роль.
— Это ведь он все затеял? — а принцесса оказалась смышленой. — Но зачем?
— Хочет развязать войну между нашими расами.
— А смысл?
— Прости, но этого он мне не объяснил. Тише, отвлекаешь.
Девушка послушно замолчала, а я прислушалась к ощущениям. Пламя я контролировала, чего нельзя сказать об эмоциях и в случае, если придется обороняться, а в этом я была уверена, могла не рассчитать силы или слишком увлечься. И тогда беда. Нужно что-то, что заставило бы меня собраться, что не позволило бы раствориться в стихии. Нужно было…
Взгляд остановился на испуганной малышке, доверчиво прижимавшейся к старой цыганке. Девочка с глазами Лолы, с чертами той, что с детства была примером, что оберегала и наставляла, прикрывала от матери и драла за косы, когда никто не видел. Я сберегу твое дитя, сестричка.
— Ладушка, маленькая моя, хочешь поиграть? — медленно, не привлекая внимания, я потянулась к обернувшейся ко мне крохе. — А хочешь, я тебе расскажу сказку?
— Что ты делаешь? — яростный, полный ненависти взгляд Ружи полыхнул по сердцу острой бритвой.
Не надо, сестра, не сейчас, я приму наказание потом, когда выживем, когда уберегу ваших детей, ведь отцов их не уберегла.
— Рассказать тебе историю про маленький огонек? — я улыбнулась заинтересовано подавшейся малышке, не отреагировав на вопрос цыганки. — Пойдешь ко мне?
— Лира…
— Огонек! — ко мне протянули маленькие ладошки.
— Доченька, зачем тебе Ладушка? — Райна не выпустила из рук ребенка.
— Доверься мне, мам, по другому я нас не уберегу.
— Один раз уже доверились! Ты…
— Ружа! — тихий окрик Райны подействовал, заставив цыганку замолчать. — Не время сейчас для ссор. Ты уверена, доченька?
— Я не дам вам погибнуть. Хватит с меня потерь.
Секунды, что она раздумывала, доверить ли мне ребенка, показались вечностью. Мелькнула мысль, а вдруг она не поверит, вдруг тоже ненавидит, как и остальные, но нет, поцеловав внучку в кудрявую макушку, мама передала малышку мне.
— Сказку! — тут же потребовало это создание, устраиваясь у меня на руках. — Про огонек!
— Ну я ведь обещала. Давай-ка мы с тобой только сядем поудобнее.
Лада кивнула и я воспользовалась минуткой, пока усаживалась на землю, чтобы прислушаться к разговору.
— … могли предать. Я доверял вам, граф, вы были мне другом, старшим братом, отцом. И что я узнаю? Вы предали, развязали войну. И для чего? Хотите престол? Власти? Чего?
— Отмщения, — медленно, наслаждаясь каждым звуком, протянул советник.
— Но за что?
— Моя дочь, — казалось, ненависть в голосе Валиана можно было ощутить на вкус. — Разве не помните, что с ней стало? Прошло всего шесть лет, а вы уже забыли, как отправили ее в тот проклятый пансион. Я просил, я умолял оставить Маргарет в столице, на крайней случай отправить в родовое поместье, но вы… Вы, ваше величество, решили по-своему! А теперь ее нет, моей маленькой девочки нет!
— Что там за история с его дочерью? — тихо спросила у присевшей рядом принцессы.
— Папа был вынужден выслать ее из столицы. Если честно, я помню ее довольно смутно, говорят, девица была довольно ветряной, по слухам однажды ее застали с конюхом, но не знаю, можно ли этому верить. Папа отправил ее в пансион для благородных девиц, но она сбежала. А спустя два месяца, пробралась ночью в дом к графу и попыталась убить. Она лишилась рассудка. Слышала от одной из фрейлин, что вернулась Маргарет будучи беременной и несла всякий вздор. Ее повсюду преследовали глаза, и больше всего она боялась смотреть на мужчин. Насколко помню, она покончила с собой, спрыгнув с крыши, но никто не знает, как туда попала.
Что-то мне в этой истории не понравилось. Девушка сбегает, пропадает на пару месяцев, а потом начинает бояться мужчин и глаз?
— Неплохо мы тогда с ней повеселились.
Огненный кокон возник сам собой, отрезав нас от внешнего мира и закрыв от ухмылявшегося Кроуна. Как он оказался так близко? Как? Ведь никто не заметил, ни один мужчина не обернулся, ни Миссур, ни Кало, ни… И тут я поняла, что наши мужчины не просто не обернулись, они застыли и не двигались, словно живые статуи.
